Защитники душ: как украинские учителя переживают войну и оккупацию

Сегодня страна отмечает День работников образования Украины.

Свой материал специальный корреспондент «Думской» Дмитрий Жогов посвящает всем украинским учителям, которые столкнулись с войной и оккупацией.

Когда Алина Васильевна учила детей-переселенцев в одесском убежище жарить оладьи, я сразу отметил для себя: вот это настоящая Учительница. И мне сразу захотелось величать ее по имени-отчеству.

Она со знанием дела значимо рассказывала, сколько добавить дрожжей, как взбивать тесто. Почему на тесте выступают бульбашки. Попутно поясняла, как нужно одеваться при готовке.

Дети, два мальчика и две девочки, завороженно слушали и спешили вытереть стол, заколоть прически, чтобы не попал волос в блюдо, взбить тесто.

У нее чисто учительский голос, способный звучать, когда надо, властно и четко. А когда и ласково: «Вот так берешь тесто и на сковородку! Ага! Измазалась в муке! Теперь понимаешь, для чего фартук нужен».

Оладьи получались поджаристые, шипели и прыскали маслом, их подавали с черничным вареньем.

- Теперь помыли посуду и убрали за собой на столе. И будем заниматься.

Они занимались математикой, читали. Все делали с охотой.

Ночью был прилет. Рядом, в собор. Он горестно охнул отлитыми в Греции колоколами. Запылал.

Взрывная волна гулом прокатилась по убежищу. Треснуло несколько окон. Она подскочила, напряженно вслушивалась в темноту. Выла сигнализация на машинах, гавкала собака. Завоняло гарью.

Она подумала: странно, почему сердце не колотится, руки не трясутся? Она чутко слушает, нет ли еще прилетов, как зверь с пружинистыми мышцами, уже привыкший к грозным звукам.

- Мы привыкли к взрывам, — рассказывает она. — Воет сирена. Стреляют. А ты идешь себе по улицам, как ни в чем не бывало. Ловлю себя на мысли: Алина Васильевна, ты вообще оборзела! Ты потеряла страх! Есть такая присказка. Если вы видите в любом городе Украины человека, который во время тревоги или взрывов спокойно себе идет и не реагирует на это, будьте уверены — он из Херсона.

Поцокала по полу когтями Ляля, маленькая собачонка. Нервно облизывается. Тявкнула на гул за окном. Тоже боевая собака.

Они с Алиной везучие. Много пережили вместе.

Только приехала из Одессы проведать квартиру в Херсон, взять кое-какие вещи — ба-бах! Прилет в их дом!

- Я подпрыгнула на табуретке, с Лялей на руках.

Живут они с мужем в общежитии-четырехэтажке. Прилетело в крышу, в технический этаж. Повредило несущую стену.

- Такая огромная дырка, два на три в диаметре, — сетует Алина. — К счастью, и свет, и газ, все осталось. Единственное, мы не знаем, что с коммуникациями отопительными. Мы даже не можем допроситься никого, чтобы пришли проверили.

За окном ахают залпы. Ляля подтявкивает:

- Это наши! — удовлетворенно говорит Алена. – Давайте, милые! Давайте! Когда наши хлопчики стреляют, и оно там попадает, то это для нас, как колыбельная.

Алина ведет сейчас уроки по удаленке и бегает по инстанциям, пытаясь кого-то заставить отремонтировать дом - до осенних дождей, чтобы вода сквозь дыру не полилась. Пока тщетно.

Преподает информатику для начальных классов. И физкультуру. Раньше работала завучем.

Алина включает радио, первую попавшуюся станцию, и Ляля поет. Под Шуфутинского «Еврейский портной». Жалобно подвывает.

Сколько лет собачке, неизвестно. Алина приемная мама.

- Лялечка появилась на другой день после освобождения Херсона, — берет собачонку на руки Алина. — Я всегда мечтала о такой маленькой, запазушной собачке. У нее были хозяева, врачи. Но они бежали то ли в Крым, то ли в россию. Оставили собаку соседям. А потом она как-то очутилась у наших партизан. Приходилось ей и голодать, «мивинку» есть, сухарики грызть.

А потом партизаны принесли моей свекрови и говорят: «Нам надо дальше идти, определите в хорошие руки!» Я как ее увидела, решила, что она моя-моя.

На Лялечку я могу выплеснуть всю свою любовь, нежность и ласку. Увы, внуки сейчас далеко от меня. Вот ей все и достается.

КОЛЛАБОРАЦИОНИСТЫ, ПСЕВДОРЕФЕРЕНДУМ И МАМКА БУРЯТА

53-я общеобразовательная школа в Херсоне, по мнению Алины Васильевны, замечательная. Хороший дружный коллектив! В нескольких городах работала, и в столице, но эта школа чем-то привлекла.

-24 февраля дочь звонит: «Мама собирай все! Все документы, война началась!» Мы с дочерью работаем в одной школе. С шести утра стали родители массово писать: «Даши сегодня не будет, Пети не будет…» И тут же школа объявила на три дня дистанционное обучение. Потом еще продлили. Тяжелое, смурное время.

Конечно, родители спрашивали: «Алина Васильевна, что делать? Уезжать или нет? Я говорила как мама и бабушка: «Учеба – это, конечно, важно, но гораздо важнее — жизнь и здоровье ваших детей. Увезите ребенка, если есть куда увезти.

Еще когда Алина работала в киевской школе, у них было очень развито национально-патриотическое воспитание. На многих фотографиях она с детьми в вышиванках с украинскими символами. Алина и сама участвовала в Революции Достоинства. В оккупацию все эти фотографии пришлось спрятать.

Школу оккупанты закрыли. Охрану поставили.

- Первая встреча с оккупантами произошла странно. На запах, — рассказывает она мне.

— Это как?

- Иду по рынку, роюсь в телефоне и чувствую, как возле меня такое веяние… пота, грязи, затхлого чего-то. Я голову поднимаю, а возле меня прошло двое с автоматами. Было страшно.

Ой! У нас тут анекдот был! Идет по рынку бурят-оккупант и ведет с собой нечто. Мамка его метр в прыжке с кепкой. Одета в советские спортивные штаны с вытянутыми коленями. И сверху на ней что-то такое, что у нас даже на грязную работу не надевают. И вот он ей купил наш херсонский помидор. Большой такой помидор! Она идет по рынку и ухватила помидор обеими руками, и вся вгрызлась в него и такая: «Холосе! Вкусна!»

А все продавцы тихо ржут. Ну, форменный цирк приехал!

В оккупации приходилось стоять в очереди по несколько дней в банке, чтобы получить тысячу гривен. Приходилось стоять в очереди из 600-700 человек за молоком. Человек 100-200 за хлебом. И все время было страшно. Когда стоишь в очереди и едут две-три машины, груженные этими уродами, а сверху сидит пулеметчик в маске, весь закутанный. И ты думаешь: «Господи, только бы у него не дрогнул палец». А дома, когда слышишь стук в дверь, сразу переживаешь: кто пришел? А они же могли в любой момент в любую квартиру войти.

- Коллаборанты-учителя встречались?

- Была одна коллега, она сама родом из россии. Я ее встретила в день «референдума», она мне стала рассказывать, как все хорошо! Какие хорошие зарплаты!

Я смотрю на нее и спрашиваю: «О чем вы сейчас говорите?» — «А ты что, не видишь? У них зарплаты какие большие!» — «Так это все скоро закончится», — «Нет! Сейчас подойдут еще силы, отодвинут хохлов от Херсона подальше, и будем жить здесь спокойно!»

И я вспомнила одного своего любимого героя: «Дайте его хоть за горло подержать!» (Прокоп Серко из кинофильма «За двумя зайцами»). У меня так руки и потянулись. Но нельзя было: очень много рядом людей.

Страшно было в день «референдума», когда по всем квартирам ходили двое гражданских и двое военных с урной для голосования и бланками. Я принципиально не хотела брать этот бланк. Еще я в тот день ходила на рынок и видела точку, где голосуют прямо на рынке.

А они бюллетени открывали и смотрели, кто как проголосовал. И спрашивают у меня: «Вы голосовать будете?». Я: «Ой, ребята, если бы я знала, что вы придете, я бы зря не ходила. Я уже сходила, проголосовала сегодня».

Они потоптались и ушли.

- А вербовать вас пытались? Учителя оккупантам нужны были.

- Попытка была. Я отмазалась тем, что у меня лежачий отец и мне надо быть с ним. Даже если бы они остались у нас надолго, я бы пошла работать уборщицей, продавщицей, но не учителем!

Мы хоть и небольшая нация, но мы сильные. Удивляется весь мир, как мы до сих пор держимся. Нам же никто более трех дней не давал. Учителям Украины, которые ни дня не работали на кацапскую школу, я хочу сказать: спасибо вам, дорогие! Я вас люблю только за то, что вы из Украины! А ще моїм колегам — українським вчителям, напередодні свята хочу побажати наснаги, здоров'я, креативності та творчості, бо саме від нас з вами залежить, яким буде майбутнє покоління нашої держави, а значить, якою буде наша Україна!

Автор – Дмитрий Жогов