Возвращение блудного зонинга. Часть вторая: «согласование управления культуры»

Первую часть, посвященную «согласованию» департамента экологии ОГА читайте тут.

Второе согласование разработчики и заказчики зонинга должны были получить в управлении культуры, национальностей, религий и охраны культурного наследия ОГА. Здесь ситуация обстоит веселее. Еще на презентации 18 августа выяснилось, что подписала «согласование» даже не и.о. начальника Елена Олейник, а ее заместитель – О.В.Воробьева. Это сразу вызвало подозрение у присутствующих депутатов горсовета: с чего вдруг, в курсе ли начальник? К сожалению, на момент написания этой статьи ответ на запрос депутата Аллы Поздняковой, которая просила передать копию согласования, так и не пришел. Общественному деятелю Игорю Елину повезло больше: ответ он получил причем от самой Олейник. Правда, самого согласования там не было, но информация оказалась любопытной.

В целом проект зонинга в части охранных территорий — очень забавный. На презентации мы могли увидеть два висящих рядом чертежа, один из которых разрешает строить в центральной части города жилые дома в 16 этажей, а соседний говорит, что это исторический ареал и больше 6-7 этажей никак не разрешается. Аналогично в пояснительной записке: можно 16, но только если позволяет историко-архитектурный опорный план, а он ничего такого не позволяет.

Даже такого беглого взгляда на соседние чертежи и соседние страницы пояснительной записки достаточно, чтобы понять: проблемы с соблюдением историко-архитектурного опорного плана, на которые указывало само это управление, когда давало негативный отзыв на первоначальную версию проекта, никуда не делись. Они просто «распределились» по листам — пропроционально увеличенному объему проекта.

В своем ответе госпожа Олейник призналась, что согласование дала. Но что она согласовала и каким образом, вопрос очень интересный.

Нетрудно заметить, что план зонирования управление даже не рассматривало и даже, по всей видимости, не получило — только «соответствующие разделы». Но заключение выдало на весь проект. Хотя задача управления — оценить влияние проекта целиком на охраняемые объекты.

Идем дальше. Как принималось решение о согласовании? Это должно делать управление ОГА, то есть уполномоченный орган, руководствуясь законом. Однако в данном случае управлению понадобился «консультативный совет», состоящий из людей вполне уважаемых, но совершенно не уполномоченных государством.

Я помню то заседание. Я смотрел его в записи Сергея Сарафанюка со слезами на глазах — то ли от хохота, то ли от ужаса по причине того, что все это происходило на полном серьезе. Откуда же мне было знать, что все найдет отражение на бумаге?

Как бы то ни было, чиновник, не задумываясь, действует по рекомендации некоего консультативного органа, в котором никто не несет никакой ответственности, и почему-то считает, что это аргумент.

Но форменный цирк начинается, если присмотреться к рекомендациям совета, которые перекочевали в «согласование» профильного управления ОГА. Начнем с того, что консультативный совет рекомендовал не просто согласовать проект, а при обязательном условии, что разработчики нарушат Генеральный план (в части историко-архитектурного опорного плана) и поправят Приказ министерства культуры:

Аппетит приходит во время еды. Выставив условие внести в зонинг памятники, которых нет в Генплане, консультативный совет счел необходимым заявить о необходимости актуализировать историко-архитектурный опорный план.

Историко-архитектурный опорный план (ИАОП) — часть Генерального плана города. Помнится, вопрос о необходимости его актуализации поднимали в далеком 2013 году, на заседаниях согласительной комиссии. Тогда это было возможно — Генплан еще не был утвержден и теоретически мог корректироваться. Но в марте 2015 года его утвердили, и теперь ситуация поменялась. Согласно приказу Минрегиона №64 от 02.06.2011 внесение изменений в ИАОП проводится согласно Закона Украины «О регулировании градостроительной деятельности». А статья 17 этого закона говорит, что местные советы могут менять его не чаще, чем раз в 5 лет. Так что, как говорится, поезд ушел, а следующий приедет только в 2020 году. Можно, конечно, и досрочно, но только при возникновении государственной необходимости и по специальному решению Кабмина.

По всей видимости, советники из консультативного совета этого не знают. Им это простительно, хотя незнание закона не освобождает от необходимости его соблюдения. Но чиновники закон обязаны не только знать, но и соблюдать. Вот как это происходит в изложении Елены Олейник:

Как видите, Олейник считает, что ее подчиненная Воробьева согласовала «певні розділи». На самом деле, управление согласовало проект зонирования целиком. Правда, выдав «согласование» 8 июля, чиновники уж точно не смогли проверить, реализованы ли их прекрасные, во всех смыслах, рекомендации в окончательной августовской версии проекта. Хотя мы уже прекрасно понимаем, что нет, да и в принципе не могли быть учтены.

Изучив те обрывки информации, которые удалось получить, есть все основания предположить, что происходит обычный подлог. Видели ли «согласователи» представленный нам проект, неизвестно, но «согласования» свои выдали авансом. Отдельный вопрос — имеет ли право госслужащий согласовывать что-либо условно, с оговорками, без последующей проверки соблюдения представленных замечаний, и можно ли вообще такой документ называть и считать «согласованием». Но это уже вопрос к правоохранителям.

Не знаю, что думает о своих подчиненных Михаил Саакашвили, но задуматься есть о чем. Если бы мне не пришлось плотно заниматься зонингом, я бы и не знал имена людей, которые подписывают документы. Они - «исполняющие обязанности» руководителей структурных подразделений, то есть заняли свои должности не в результате победы на открытом кадровом конкурсе, а только по желанию вышестоящего начальства. Естественно, тень от деятельности таких чиновников ложится на губернатора лично. Большинство одесситов никогда не узнает имен чиновников ОГА, но скажет, что преступный проект согласовала команда Саакашвили, и будут правы.

Продолжение следует…

Автор — Юрий Никитин