Украинский артиллерист: “С нашей стороны — это война молодых и креативных”  

«Думская». С этого и начнем. Как вам удалось попасть в действующую армию? Ведь многим возрастным добровольцам отказывают в военкоматах, туманно обещая им «когда-нибудь» позвонить.

Александр Остапенко. Честно говоря, я просто умучал военкомат, с четвертого раза прорвался. Но все-таки добился своего, убедив, что мой опыт может пригодиться Вооруженным силам. В итоге я был назначен командиром сводного подразделения и принял участие в защите моей родины. Я же артиллерист профессиональный, с юности в армии. Также работал в научном центре Одесского института сухопутных войск. Но нужно понимать, что современные боевые действия — очень мобильные, постоянно нужно двигаться. Поэтому большинство солдат в возрасте 50+ просто становятся обузой для подразделения.

«Д». То, над чем вы работали в научном центре, сейчас воплощается в реальности? Не секрет, что в начале войны даже украинская власть, не говоря о западных союзниках, не очень верила в способность нашей армии отбивать нападение врага. Все, однако, получилось по-другому. Украинские защитники проявили себя с лучшей стороны, при несопоставимых ресурсах и количестве личного состава. Есть ли какой-то секрет в этом?

А.О. Я уволился в 2007 году, но внимательно наблюдал за происходящим в Вооруженных силах. Стоит отметить, что за прошедшие годы в них произошли коренные изменения, которые сейчас дали возможность противостоять россиянам. Армия начала меняться, хотя и очень медленно, с 2007 года, когда американцы начали строить тут учебные центры при Министерстве обороны, мы начали изучать новые способы управления.

Однако основной толчок развитию ВСУ дал 2014 год – с начала военной агрессии рф в Украине Вооруженные силы полностью поменяли сам принцип управления и отношения к своим солдатам и командирам, по сути вышли из старой советской военной школы. Современные российские вооруженные силы унаследовали от советской армии, а советская – от российской имперской прусскую военную традицию. В российской империи это началось при императоре Павле I – слепое копирование пруссаков. Это проявляется в жесточайшей централизации военного управления, слепом подчинении младших командиров старшим, жесточайшей дисциплине и подчинении командам, какие бы они ни были, хоть абсурдными. А также отношению к солдатам как к пушечному мясу, «вечному», восполняемому ресурсу.

Однако сама Пруссия отказалась от многих этих принципов уже в XIX веке, потерпев поражения от Наполеона. россия же продолжала им следовать. И советская армия: помните эту людоедскую присказку, что «бабы еще нарожают»? Советская военная школа была зациклена на прусском принципе (хотя на словах критиковала его) и сохраняет его до сих пор. Решение вышестоящего командира надо выполнять любыми силами и средствами, невзирая на потери, условия, невзирая на имеющиеся другие возможности – вот именно так: «шаг вправо-влево – расстрел».

Вооруженные силы Украины сейчас исповедуют другую идеологию, которая заключается в максимальной децентрализации с учетом планов командования. Если командир на определенном уровне, на низшем уровне, способен решить тактическую задачу, то его никоим образом н ограничивает и не указывают, как ее решать. Далее это работает так - если ты можешь решить проблему на своем уровне – действуешь. Если не можешь решить — делегируешь эту проблему на вышестоящий уровень. И там ее решают. Если и там не могут решить – то переносят на уровень выше и подключают новые мозги и возможности. Этот принцип позволяет идеально распределить ресурсы. Это современная, западная военная школа, в которой основные тактические решения принимаются вовремя на местах, в соответствии с условиями и реалиями, которые на поле боя никогда не бывают одинаковыми.

Интересно, что наши командиры не догматичны в своих решениях, вместе с тем сохраняется жесткая вертикаль в стратегии. Конечно, еще лет десять назад все было немного иначе, но с 2014 года украинская военная школа стремительно прогрессирует. Это очень трудные процессы: тем офицерам, которые служили в советской армии трудно было отойти от старых, советских принципов и норм. Но все начало меняться, и это сейчас дает плоды.

Как бы то ни было, «старых» командиров на ключевых постах у нас осталось мало: армией руководит молодежь, достаточно посмотреть на список украинских генералов. Например, когда я был уже подполковником и преподавателем в институте сухопутных войск, Залужный был курсантом. Эта война молодых, креативных. Они думают совершенно по-другому.

В Украине идет война четвертого поколения, может, даже четыре плюс. Нельзя недооценивать россиян – у них огромные ресурсы, гигантские запасы вооружений, еще советских. При этом как бы ни кричали российские пропагандисты о том, что Украине удалось отбить первые атаки россиян якобы из-за «тотального» насыщения нашей армии западным оружием, но это ведь неправда. Да, кое-что перед началом большой войны нам перепало, но до сих пор война ведется старым, советским оружием. И у них огромный перевес в нем – это не военная тайна. Например, на моем направлении на один наш артиллерийский ствол давали десять снарядов на четыре дня. У россиян на один ствол — сто снарядов в сутки. Но вопрос, как этим пользоваться – у нас с ними разные подходы.

Вы знаете, есть такая теория сложных систем. Так вот, один из ее принципов гласит: хорошо организованная система, обладая меньшим ресурсом, практически всегда готова и может отобрать ресурс у плохо организованной системы. Это именно то, что происходит у нас сейчас. Мы отбираем у них ресурсы. Более современным управлением войск, другим подходом к атакам и оборонам – в Вооруженных силах действует принцип, согласно которому жизнь солдата бесценна. Помимо этого, наша разведка работает в разы лучше, чем у них.

Но помимо превосходящей военной школы и принципов управления войсками, главное — мотивация. Мы сражаемся за свою землю, за свою родину. Против агрессоров, пришедших на чужую землю.

«Д». Как и когда мы освободим от оккупантов всю Украину?

А.О. Начало уже положено – это север страны, Харьковская область, Херсон. Сейчас Вооруженные силы действуют, «разжижая» оборону противника, уничтожая логистические цепочки, не давая подвозить технику и боеприпасы. Главная задача — освободить территории, но при этом сберечь как можно больше людей, не только военных, но и гражданских. И мы это делаем вполне успешно. Генштабом выбрана правильная стратегия — не лихими атаками, а ежедневным давлением с уничтожением живой силы.

Я точно знаю, что в морально-психологическом плане мы намного сильнее. И уверен, что вся эта их «СВО» рухнет в какой-то момент. Когда они поймут, что это совершенно бесполезная война, которая ни к чему не ведет, кроме массового уничтожения российских солдат в Украине.

«Д». Нужно ли Украине оружие, которое может стрелять на 1000 километров? И почему нам отказывают в таком оружии западные союзники?

А.О. Союзники боятся, что мы ударим по какому-то условному Брянску или Курску, т.е. вглубь россии. Скажем, по атомной электростанции, что может быть расценено как серьезнейшая угроза всей рф. Но это оружие необходимо Украине. Думаю, рано или поздно мы получим такое оружие. Но другой аспект — мы такие средства давно могли бы производить сами. Мы же можем производить ракеты и самолеты. Я рад, что мы начали производство боеприпасов, и это лишь начало. Мое личное убеждение: военные цели в Курской области, в Воронеже, в Крыму – законные. Нас атаковали на нашей территории, почему же мы не можем отвечать?

Извините, но идет война, война на выживание. Которую нам не объявляли. Но это полноценная война. Почему из Белгородской, Курской области и других областей россии по нам наносят удары, а мы не можем? Это абсурд. Я категорически против марша на москву, потому что не вижу в этом никакого смысла. Но зеркальные удары по адресам, откуда наносятся удары – должны быть.

Беседовал Георгий Ак-Мурза