Хитровыдуманные здания Одессы: первый «новорусский» дом, деконструктивизм у Кирхи и эксперименты с камышом  

Бывают дома очень красивые и очень большие, но все же похожие на сотни других. И лишь иногда удается создать нечто совершенно оригинальное, по-новому решив задачу, которая другим оказалась не по зубам. Это может быть внедрение нового стиля, решение сложных инженерных или экономических вопросов. За каждой такой постройкой стоит чей-то недюжинный талант и напряженный труд.

«Думская» собрала 10 примеров поистине новаторских зданий в Одессе. Их истории могут стать полезным уроком для тех, кто хочет, чтобы наш город становился красивее и комфортнее. Мы пройдем от современности до середины ХХ века, чтобы посмотреть, как Одесса приобретала и теряла новые возможности для развития.

КАРАНТИННАЯ, 14: СВЕЖЕЕ ДЫХАНИЕ КАПИТАЛИЗМА

Во времена СССР верхом мечтаний для одесской номенклатуры считалась хорошая квартира в центре города или просторная «сталинка». Строить закрытые жилые комплексы с особым комфортом провинциальная элита тогда стеснялась.

Поэтому первый элитный (с большой натяжкой) и вполне современный по планировкам дом появился в Одессе лишь в 1995 году. Это ЖК «Генрих» на улице Карантинной, 14. На фоне коллапса госзаказа и появления прослойки «новых русских» он стал первым образцом рыночного жилья европейского формата.

Шестиэтажный дом стилизован под архитектуру старой Одессы без нарочитого историзма и пышного декора. Впервые со времен «сталинок» активно использовался цвет в сочетании с объемом – светло-красные элементы декора выступают из бежевой стены.

Проектировал дом Генрих Топуз, один из крупнейших одесских зодчих второй половины ХХ века. Это последний проект Топуза, и свое имя дом получил именно в честь него.

Позднее в центре Одессы появилось еще несколько современных домов средней этажности. Например, ЖК «Маскарад» в Лермонтовском переулке или дом на Успенской, 125. Однако в пору строительного бума оказалось, что выгоднее возводить здания от 10-ти этажей и выше, а сегодня в центре появляются настоящие небоскребы. Тактичный формат европейского образца, заданный Топузом, не прижился.

Кстати, ЖК «Генрих» — не единственный «отец» современных одесских элиток. К этой категории стоит причислить и «Голубую мечту», построенную в 1982 году возле Музкомедии.

Потолки здесь впервые с 1957 года доведены до 3-х метров. Среди жильцов дома был генерал Александр Галкин, чей сын Максим прославился на эстраде.

ТОПОЛЬСКОГО, 4: ВИТОК ВРЕМЕНИ

В советское время Одесса отставала от мировых тенденций архитектуры на 30-50 лет. Увы, но отставание сохраняется до сих пор. Современных и притом удачных зданий у нас немного. Первое из них – бизнес-центр в переулке Топольского, 4. Минимальная реконструкция фасада позволила сделать из банальной коробки 1930-х годов живое и динамичное и здание в стиле деконструктивизма. Правда, переделана была лишь правая часть дома, левая сохранила аутентичность.

Со временем в Одессе появилось еще несколько «кривых» домов. Больше всего их на Таирова. В основном это небольшие бизнес-центры или автосалоны. Метаболизм, бионика, блобитектура и прочий авангард у нас не прижился, а хай-тек на Дерибасовской учинил настоящий скандал. Впрочем, любой стиль должен быть не только ко времени, но и к месту.

РИШЕЛЬЕВСКАЯ, 3: ТАК СПАСАЛИ ОДЕССУ

Это сейчас мы увлекаемся модой и комфортом. Во времена позднего СССР перед строителями стояли более утилитарные задачи. В 1985 году Партия родила программу «Жилье-2000», по которой каждая советская семья должна была встретить миллениум в собственной квартире. В Одессе задача усложнялась необходимостью капремонта и реконструкции исторического центра.

Всего предполагалось провести работы на 1,5 тысячах старых домов, а успели только на пяти. Дело в том, что капремонт 80-х выглядел куда серьезнее, нежеле программа Костусева-Гурвица по покраске фасадов и укреплению кровель. В домах велась радикальная перепланировка, менялись перекрытия, а стены и фундаменты проращивались железобетонными сваями. Обновленное здание могло простоять еще 100-150 лет. Правда, стоимость такого капремонта в пересчете на квадратный метр была даже выше, чем у нового дома в спальном районе.

В качестве пилотных проектов были выбраны дома по Базарной, 80; Еврейской, 9; Кузнечной, 59; Ольгиевской, 7; Ришельевской, 45 и 3.

Последний дом знаком каждому, поскольку находится на углу Дерибасовской и Ришельевской и вписывается в перспективу Оперного театра. Построен он в 1886 году по проекту швейцарца Эмилия Вея. Отсюда характерная для швейцарских городов форма крыши.

Заходя внутрь, ожидаешь увидеть все, что угодно, но только не «совковую» парадную с лестницами из «хрущевок» и унылой плиткой. Тем не менее, это так. Внутри дом полностью перестроили.

Кстати, все капремонты были поставлены на научную основу. Руководил работами институт «Укржилремпроект». У истоков несостоявшейся перестройки Одессы стояли главный инженер института Юрий Яценко и ведущий специалист Александр Шифман. Отремонтированные ими дома пусть и «совковы» внутри, но еще долго будут радовать ценителей одесской архитектуры.

ФОНТАНСКАЯ, 67А: ДОМ-ДЕРЕВО

Советские чиновники от строительства изгалялись, как могли: то спешили построить побольше квартир, то вспоминали про комфорт жилища и качество городской среды. Но всякий раз решить квартирный вопрос так, как подобает лучшей в мире стране, стране освобожденных от гнета трудящихся, не получалось.

Удачной попыткой сочетать качество проекта и скорость строительных работ с экономией средств был метод «скользящей опалубки», впервые опробованный в Одессе в середине 70-х при строительстве 16-этажки на Фонтанской дороге, 67а (7-я станция Большого Фонтана).

Суть метода проста. Вместо того, чтобы собирать дом по кирпичикам или из заводских панелей, прямо на стройке сооружают деревянную форму по периметру будущей секции. В нее вставляется арматура, заливается бетон. Когда он затвердевает, форму поднимают на уровень выше. Так, шаг за шагом, подобно дереву, вырастает целый дом. Скользящую опалубку можно сравнить с 3D-принтером, на котором печатают экспериментальные дома где-нибудь в Нидерландах.

Здания, построенные таким образом, отличались дешевизной, прочностью, скоростью возведения и гибкостью проектных решений. Несмотря на революционность, метод не получил большого распространения в Одессе. Партия решила, что дешевые метры – дело полезное, но и домостроительный комбинат и прочие заводы ЖБИ обижать не надо. Так неповоротливая машина социалистической экономики «скушала» еще одну хорошую новацию.

По методу скользящей опалубки построены шестнадцатиэтажки на Глушко, 2; Французском бульваре,16; в Светлом переулке, 14. Их можно узнать по сложности конфигурации и вертикальным «бордюрчикам» на всю высоту. Сейчас метод скользящей опалубки использует множество строительных фирм.

ТЕАТР МУЗКОМЕДИИ: ДЕЛИКАТНЫЙ ГРОМИЛА

Инженерные ухищрения имели место и в строительстве общественных построек. Один из самых сложных проектов – новое здание театра Музкомедии, которое сооружалось с 1976 по 1981 год.

Театр сам по себе отличается большим объемом и монументальностью. Но уникальность проекта в другом: десятки тысяч тонн «застывшей музыки» поставлены на очень сложном с точки зрения геологии участке, да еще и по соседству с ветхим жилым фондом.

Чтобы дома вокруг не покрылись трещинами, инженеры приняли решение не забивать сваи, а вставлять их в заранее пробуренные штольни, куда потом заливался цемент. Работы велись в высшей степени аккуратно, чего нельзя сказать о строящейся сейчас 17-этажной громадине «Бельэтажа», которую воткнули в жилой квартал, да еще и на месте бывшего памятника архитектуры.

Хотя сегодня к зодчеству «брежневской» поры принято относиться скептически, Музкомедия – один из лучших подобных проектов того времени. Среди находок архитектора Генриха Топуза – открытая архитектура передней части здания. Интерьер фойе просматривается с улицы через большие стекла. По контрасту административная часть театра решена как огромный «слепой» куб, увенчанный колосниками. Столь же необычно сочетание нарядного фойе с аскетическим интерьером зрительского зала.

КАНАТНАЯ, 29: ЛОДЖИИ ДЛЯ ИГР 

Главным «пунктиком» строительной бюрократии от Хрущева до Горбачева была экономия. Если ты не строишь что-то стратегическое или общественно-политическое, будь добр, экономь на всем.

Создавать в таких условиях добротные дома с хорошими планировками было делом неслыханным. Но у некоторых получалось. Таковы одесситы Ефим Вайнштейн, Александр Куклин и Леонид Фрак. В 1969 году они получили премию за экономичность, построив дом, чьи потребительские характеристики были на две головы выше, чем у типовых «чешек» и «хрущевок».

За стенами невзрачной с виду 12-этажки на Канатной, 29 скрывается множество удачных планировочных решений. Большинство квартир имеют по 3-4 комнаты и кухню «аж» 8 метров. Раздельная ванная и санузел, облицованный плиткой, множество кладовок и антресолей – все это было пределом мечтаний для советского обывателя.

Особое внимание уделено устройству лоджий. Просторные, они задуманы как место для детских игр и расположены так, чтобы занятая на кухне хозяйка могла наблюдать за детьми, не отрываясь от работы.

Сделать проект экономичным помогло не урезание комфорта, а разумная организация пространства. На лестничную клетку в доме приходится не 4 квартиры, как в типовых домах того времени, а 5-6. Это позволило обойтись без еще одной парадной с лифтом и сократило протяженность дома.

К сожалению, проект так и не стал серийным. Дом на Канатной – единственный в своем роде.

МОРВОКЗАЛ: КРАСИВАЯ ЖИЗНЬ И ДВОЙНОЕ ДНО

Самые сложные строительные проекты в Одессе связаны с морем и берегоукреплением. Это портовые сооружения и, конечно же, склоны. А среди зданий – комплекс Морвокзала, торжественно открытый 7 июля 1968 года и сразу признанный самым красивым во всем СССР.

Стройка заняла 4,5 года. Сперва плавучий стройотряд «Черноморгидростроя» вогнал в дно бесчисленное количество свай, на которых был сооружен складской комплекс площадью 2,4 га. В него свободно может зайти железнодорожный состав. На крыше складов расположено все то, что мы видим своими глазами – площади, проезды, паркинги и сам пассажирский терминал Морвокзала. Большой (4000 м2) и очень просторный (70000 кубов), он поражал воображение советского человека полами из полированного гранита, мраморными колоннами, разноцветной керамической плиткой на стенах, искусственной замшей, мозаичными панно и люминисцентными светильниками.

«По размерам, эстетике оформления и удобствам ему пока нет равных даже среди новых морских вокзалов страны. По словам специалистов, он стоит в ряду самых крупных в Европе. Здесь вы увидите не бездумное великолепие, не безрассудную роскошь, а строгие, до деталей продуманные архитектурные формы», — писала по поводу новостроя одесская газета «Знамя коммунизма».

В ходе реконструкции 1992-1997 годов интерьер пассажирского терминала был обновлен, итеперь о былой красоте можно судить лишь по старым фотографиям.

САДОВЫЙ, 6: УХИЩРЕНИЯ В КАМЫШАХ

Мы опять возвращаемся к квартирному вопросу и строительной экономии – бичу советских архитекторов и кладезю находок для инженеров.

В 1960 году массовое строительство «хрущевок» только набирало обороты, а знаменитые Черемушки существовали только на бумаге. Пятиэтажки были в два раза дешевле послевоенных «сталинок», но и это не удовлетворяло гуманистов, желающих побыстрее расселить всех одесситов по отдельным квартирам.

Венцом смекалки стали два дома из камыша в Садовом переулке (2-я станция Фонтана). Авторы идеи – главный инженер «Облпроекта» С. Рендино и его начальник Д. Гольдберг. Выступая в прессе, они всерьез предлагали развивать строительный комплекс Одессы на базе… речного камыша, точнее гипсокамышитовых панелей. По их подсчетам, область могла производить 300 тыс. метров такого жилья в год, причем стоимость метра составила бы 638 дореформенных рублей вместо 1300 у пятиэтажек.

Первый такой дом был построен в апреле 1960 года, второй – в октябре. Дома невелики, на 8 и 16 квартир. В каждой предусмотрены 1-2 комнаты, кухня, ванная и санузел, а также центральное отопление. Таким образом, программа минимум советского быта была выполнена, а заслуженных работников «Облпроекта» удалось отселить из тесных коммуналок и общежитий.

Легкость гипсокамышитовых плит, которые формировались из заготовок прямо на стройке, позволила облегчить и железобетонный каркас дома. Самая тяжелая балка здания весит всего 750 кг, что значительно упростило логистику и монтажные работы.

Несмотря на гениальную простоту идеи, она не получила развития. Во-первых, такие дома были ограничены по этажности, что могло привести к «расползанию» жилых массивов. Во-вторых, возникали опасения касательно их долговечности и пожарной безопасности. Тем не менее, камышитовые стены простояли уже 55 лет.

ХМЕЛЬНИЦКОГО, 1: В КОММУНАЛКЕ ЕЩЕ ХУЖЕ

История новаций в одесском строительстве была бы неполной без «хрущевок». Только на первый взгляд эти дома предельно просты. Между тем, архитекторы и инженеры огромной страны, от Владивостока до Клайпеды, мучились 10 лет, пока не пришли к наиболее минималистскому из приемлемых форматов массовой застройки. В счет принималось все, что снижало стоимость строительства хотя бы на 0,5%. Пять этажей – это верхний предел, при котором можно обойтись без лифта. Потолки 2,5 метров – это минимум, допустимый из гигиенических соображений. А еще полы без досок, отказ от чердаков, экономия на металле и многие другие ухищрения…

В Одессе первой настоящей «хрущевкой» как по внешнему виду, так и по планировочной концепции стал «дом малогабаритных квартир посемейного заселения» на Богдана Хмельницкого, 1.

Он был рекордсменом своего времени по темпам строительства: котлован начали рыть в марте 1958 года, а квартиры сдали уже в декабре. Обычно подобные дома строились 3-4 года. Стоимость метра была на 40% ниже среднего.

Между тем, размеры квартир в доме даже меньше, чем у последующих «хрущевок» серии 1-464. Маленькие комнатушки, кухня около 5 метров, душ вместо ванной. Итого, на 80 1-2-комнатных квартир приходится всего 2000 метров жилой площади.

Классические «хрущевки» со стенами из блоков и типовыми планировками появляются в Одессе с 1961 года. У них есть ванная, а на кухню помещается «стенка».

ОДЕССКОЕ ДЕРЕВО: ЛИШЬ БЫ БЕЗ СОСЕДЕЙ

Чем дальше мы углубляемся в прошлое, тем более «трущобными» становятся изыскания одесских строителей. В 1950-е годы наиболее эффективным способом расселения для одесситов были… деревянные дома. Еще 20 лет назад их было много в Аркадии, на Чубаевке и 10-й станции Фонтана, а также в окрестностях Адмиральского проспекта.

Такие дома очень маленькие и хилые. Но их могли приобрести даже частные лица: да-да, закон не запрещал. Вот, например, текст объявления, которое опубликовала газета «Знамя коммунизма» в 1958 году:

«Одесская торговая база «Лесстройторга» предлагает населению за наличный расчет стандартные жилые дома разных типов — 1, 2, 3 комнаты, — а также производит прием заказов с поставкой их покупателям в 1959 году с предварительной оплатой 50% стоимости».

Деревянные хибарки для своих сотрудников покупали и предприятия. Например, китобойная флотилия «Слава» построила целый городок на Китобойной. Домики совершенно жуткие, с удобствами во дворе.

Более продвинутые реликты можно увидеть в районе Адмиральского, на улицах Новаторов и Трудовой. Они тесные, а потому с годами обросли всевозможными пристройками. Но нутро у них – по-прежнему деревянное.

Автор — Михаил Мейзерский, специально для «Думской»