Выставка Эдуарда Пороника «Муза времени» начала свою работу в Музее западного и восточного искусства (Итальянская, 9).

Для афиши мастер выбрал картину «Встреча на реке Стикс», где две души в одной ладье Харона снова готовы продолжать какую-то давнюю историю.

Но вдруг на этот раз им больше повезет? На это автор позволяет надеяться. Одна из «персоналок» Пороника, помнится, носила название «Сфумато». Происходящее от итальянского fumo (дым), это название определяет смягчение очертаний, воспроизводящее эффект дымки, воздушной перспективы, особый характер мягкого перетекания тонов. Затушеванный, исчезающий, как дым, авторский почерк художника определяет и палитру.

У Пороника нет мрачных цветовых пятен. Его картины до того светлы, что с трудом поддаются фотовоспроизведению. Сейчас перед нами светлая живопись и монотипии, удивительный вид графики.

«Меня порой охватывает чувство недовольства тем, что уже сделано, и я возвращаюсь к ранее созданным образам, желая достичь совершенства, — констатирует Эдуард Пороник. — Монотипия такой жанр, с которым связаны спонтанные проявления. У меня в мастерской стоит офортный станок. своим ученикам дал урок монотипии, тут самому стало интересно к ней вернуться. Сделал первый оттиск, второй, дело пошло. Потом все это выросло в серию, графики меня поймут, они мыслят сразу сериями. В основном новых работ здесь маловато, я воспроизводил старые сюжеты, но в другой технике».

В новой экспозиции Пороника больше грусти, меланхолии («Плине кача»), но есть и надежда («У алтаря»), ведь не перевелась еще в мире доброта («Можно, он будет моим другом?»). Однако полностью расслабиться не дадут «Наполеон» и «Наполеончик», эти всегда выдумают нечто, позволяющее обнажить саблю…

«Открою секрет: вообще-то рисунок делается на бумаге, потом переводится на пластину. Но я делал проще. Под прозрачный пластик кладется линейный эскиз, поверх этого, чтобы не делать лишних движений, наносится сам контурный рисунок, а потом заливается краской. Единственный оттиск можно сделать, зачастую он бывает неудачным, но всегда можно смыть с пластика и сделать заново. Порой при печати становятся очевидными нюансы, которых раньше не замечал. И всегда можно доработать, например, карандашом, готовый оттиск», — резюмирует художник.

Автор — Ирэн Адлер, фото Владимира Андреева