Субъективно о загранице: Нидерланды перед «украинским» референдумом  

Накануне судьбоносного для нашей страны нидерландского плебисцита корреспондент «Думской» побывал в этой стране. Публикуем материал Александра Сибирцева в нашей традиционной рубрике «Субъективно о загранице».

В голове многих граждан Украины Голландия – это такая страна, где жил Рембрандт, Брейгели младший и старший, Вермеер, Босх, Ван Гог; где люди ездят по каналам, как по улицам, а на каждом перекрестке возвышается мельница; откуда родом знаменитый делфтский бело-голубой фарфор и тюльпаны. Там можно курить траву, и за это не посадят, и легализована проституция.

А еще там рай, ну а здесь, в Украине, конечно же, ад. Ну и самое главное: народ этой экзотической страны через два дня, можно сказать, определит наше с вами будущее. И совсем не очевидно, в пользу какого варианта выскажутся голландцы на референдуме.

Для понимания ситуации: жители Нидерландов страшно любят спорить по любому поводу, но в отличие от украинцев, которые тоже не дураки подискутировать, умеют находить консенсус. Странички читательских писем по-прежнему занимают важное место в голландской прессе.

Дебаты в Нидерландах имеют большую историю. Они были популярны еще несколько столетий назад. Именно после яростных споров на тему «нужна ли нам Испания, католичество и Папа Римский» и началась знаменитая голландская революция, после которой «нижние земли» получили независимость.

Кстати, уход Нидерландов из Священной Римской империи Габсбургов, которые как раз тогда, в XVI веке, подсели на иглу дармового американского золотишка, спровоцировал небывалый подъем экономики этой европейской страны. Немалую роль сыграло и конфессиональное прошлое – до недавних пор кальвинизм с его «трудоголическими» догмами был одной из доминирующих религий в этом государстве.

Однако в отличие от Швейцарии и Германии, голландский протестантизм был, как бы лучше это назвать, лайт-версией. До тоталитаризма, как в Женеве, дело не дошло. А все потому, что без социального мира Нидерландам конец: страну надо постоянно, в буквальном смысле, поддерживать на плаву — строить плотины и дамбы, чтобы защититься от наводнений. И сделать это можно только сообща. Преследования неугодных, репрессии явно не способствуют достижению общественной гармонии.

Поэтому право на свободное выражение собственного мнения и уверенность в том, что твой голос будет учтен в любом случае, сейчас закреплены у голландского народа на генетическом уровне. Именно эта уверенность «виновна» в феноменальной по сравнению с другими странами активности голландцев на любых выборах. По статистике, почти 70 % населения приходит голосовать на избирательные участки! Да, как и украинцы, они уверены, что все политики – воры и взяточники, но свобода выбора для соотечественников Ван Гога свята сама по себе.

«Если я не проголосую, разве будет у меня моральное право критиковать правительство?» — думает среднестатистический житель Королевства.

Накал страстей по поводу Украины в голландском интернете и на улицах зашкаливает. От волонтеров, желающих забесплатно помочь сбору подписей, отбоя у организаторов не было. Для Нидерландов вполне обычно, когда на перекрестке в качестве волонтера раздает флаеры глава солидного банка, рядом с ним общается с прохожими школьник, а листовки расклеивает воспитательница детского садика. Все это укладывается в рамки голландских традиций.

При этом общественная активность в Нидерландах для каждого гарантированно безопасна. Любой, кто посягнет на право волонтеров раздавать листовки или проводить пикеты, будет задержан стражами порядка, которых здесь как бы не видно, но они есть повсюду. Впрочем, вряд ли кому-то придет в голову нападать на участников праздника демократии. Зато поспорить прямо на улице – милое дело для многих. Я видел разгоравшиеся прямо на улицах дискуссии, когда с противниками «европеизации» Украины до хрипоты ругались сторонники нашей страны. Чаще всего спорщики просто расходились или разъезжались на велосипедах по своим делам. А однажды оппоненты вдруг отправились в ближайшую кофейню. Видимо, пересохшие от жарких споров глотки пора было смочить горячими напитками за общим столом. Это – Нидерланды!

К сожалению, по предварительным социологическим опросам и личному мнению автора материала, чаша весов общественного мнения склоняется не в пользу Украины.

Тому виной много причин. Здесь и сбитый «Боинг» — многие голландцы винят в случившемся нас: мол, Киев должен был закрыть воздушное пространство над оккупированным Донбассом, раз уж боевики заполучили зенитно-ракетные системы. Некоторым не нравится украинская коррупция, особенно в свете последних «панамских разоблачений». Много шуму в Нидерландах вызвал разгон ультраправыми гей-парада во Львове: вопрос сексуальной или политической ориентации здесь — священная корова, резать которую запрещено. Во всяком случае, прилюдно. Вообще, голландцы, в целом поддерживая украинское стремление к независимости, очень боятся последствий нашей войны в виде полумифических нацистов-парамилитарес и вполне реальных беженцев, которые, как утверждают противники Ассоциации, не сегодня-завтра ринутся в благополучную Европу.

Кампания евроскептиков стартовала 12 марта под названием «УкраиНЕТ». Плакаты висят на каждом углу, а интернет пестрит призывами проголосовать «против»… И несмотря на то, что финансирование Кремля этой кампании доказать пока не удалось, денег в нее вложено явно немало. К сожалению, все, что смог противопоставить российской активности Киев – велопробег. С одной стороны, это, конечно же, здорово: голландцы любят такие мероприятия. С другой, «УкраиНет» опережает нас на несколько шагов. Участники антиукраинской кампании постоянно читают лекции и раздают интервью, их поддерживают многие журналисты и блогеры, тема «коррумпированной Украины» постоянно в топе новостей. И публикации о порошенковских оффшорах красиво легли, что называется, в масть.

О ПРОЦВЕТАНИИ И ДОГОВОРЕ ВО ИМЯ МИРА

Но вернемся к обывательским мифам о Голландии. Городские каналы давно потеряли свое значение как транспортные артерии, мельниц осталось мало, да и не мололи они зерно на муку, а всего лишь откачивали воду. А знаменитые делфтские тарелки по большей части делаются в Китайской Народной Республике.

Нидерланды шли к успеху столетиями. И еще сто лет назад некоторые бедные голландцы ели по утрам одну лишь селедку и ходили в деревянных берцах под названием «кломпы».

Составляющих нынешнего экономического «рая» в Нидерландах несколько. И многие из них уходят корнями в Средневековье. Прежде всего, это Vredesverdrag — «договор во имя мира», о котором я уже выше вскользь упоминал. Фишка этого понятия в том, что когда-то нидерландцам приходилось ежедневно договариваться друг с другом (и даже с тем уродом, который по утрам выливал свою ночную вазу в канал из окна) для поддержания в рабочем состоянии плотин, дамб и водоотводных каналов.

В противном случае, наводнение смело бы с лица земли все «низинные», простите за каламбур, земли. В общественном договоре «ради мира и стабильности» участвовали не только простые люди, но и дворяне, богатые купцы и правительство.

Негласный договор предусматривал обязательное право голоса у всех, кто имел недвижимость, даже если это лачуга, и обязательный учет мнения каждого обывателя в общественных делах (гречки в Голландии не было, вот в чем секрет). Вследствие этого задолго до взятия Бастилии и принятия американской конституции в Голландии уже реально работала народная демократия в виде «ватерсхапов» — советов по предотвращению наводнений.

ГОЛЛАНДЦЫ У СЕБЯ ДОМА

Если хочешь проявить себя невежей, назови в общении с голландцем его страну Голландией. Это как в разговоре с жителем Суворовского района Одессы назвать его малую родину Поскотом. Нет, морду не набьют (не суворовцы чай), но тактично намекнут, что так говорить нельзя.

Голландцы еще со времен Ост-Индской торговой компании приводят в некоторое замешательство тем, что всегда и в любой ситуации готовы к общению. Даже у самого занятого парламентария, припарковавшего свой Майбах велосипед возле здания парламента в Гааге, всегда найдется для тебя хотя бы минута.

Простота отношений и отсутствие чинопочитания поражают. Здесь можно запросто ехать в одном вагоне электрички с настоящим министром, который на следующей остановке уедет по своим правительственным делам на складном велосипеде. Именно об этот ржавый велохлам, прикованный к поручням вагона, ты больно споткнулся, заходя в тамбур. И даже пнул его, вызвав улыбку у чувака, которого накануне видел по телевизору, в репортаже с саммита ЕС.

Всяких важных персон — от чиновников до владельцев миллионного бизнеса — можно запросто увидеть где-нибудь на лужайке, поедающими свои «крокеты» или жареную картошку из бумажного фастфудовского стаканчика. Интересно, что к ним никто не пристает с просьбами сделать совместное селфи или поставить на место мошенников-застройщиков.

Поначалу складывается впечатление, что голландцы немножко полиглоты – мало того, что все они прекрасно болтают на английском, а многие из них знают еще и немецкий с французским, так еще и некоторые способны произнести пару слов на русском (явно наследие насильственной русификации, начатой еще Петром I).

К слову, о Петре Алексеевиче – его визит в Амстердам со свитой бородатых «рус бояр» произвел такое впечатление на нидерландцев, что оставил неизгладимый след в их языке в виде слова «тцаар».

Помимо иностранных заимствований, которых в голландском языке таки достаточно, отдельно стоит описать типаж среднего голландца. Современный голландец — это человек с кожей оттенков от иссиня-черного (работорговля когда-то приносила бабла голландским купцам больше, чем спекуляция тюльпанами) до белого. Современная эпоха давно унифицировала уличную моду, поэтому одеты голландцы точно так же, как и среднестатистические одесситы. Единственное отличие — это обилие всяких «фенечек», браслетиков и аксессуаров, вроде татуировок и пирсинга, у граждан самого разного возраста. Автор лично однажды беседовал с пожилой голландской пенсионеркой 75-ти лет, затейливо украшенной кольцами в ушах, носу и даже бровях.

Продолжение следует…

Автор – Александр Сибирцев