Снос «антитрухановского майдана» — мягкий оскал контрреволюции под маской «Евровидения» (колонка главного редактора)

Сегодняшний разгон «антитрухановского майдана» на Думской площади был осуществлен в лучших традициях «той», дореволюционной Украины. Точно так же сносили палаточные городки при Гурвице, били общественников при Костусеве, точно так же ликвидировали одесский «Евромайдан» у Дюка. Ну а аналогия с событиями 30 ноября 2013-го на главной площади столицы напрашивается сама собой: и там, и там инициаторы прикрылись подготовкой к празднику. В Киеве студентов дубасили, потому что скоро Новый год и надо установить «йолку», в Одессе недругов мэра зачищали, потому как на носу День города и нефиг портить имидж «столицы юмора», когда она борется за попил бабла Евровидение.

Есть только два отличия. Во-первых, били вроде как не очень сильно, можно сказать, почти не били. А во-вторых, в прежних разгонах самое непосредственное участие принимали правоохранители. Сейчас ситуация иная, и полиция просто делает вид, что ничего не случилось. Грязную работу поручили прикормленным общественным организациям, именующим себя «патриотическими», и дворникам (тоже обычное дело, чисто одесская тема). Вчера «патриоты» сделали беспрецедентное как для людей, якобы имеющих отношение к Революции Достоинства, заявление: мол, День города – настолько важная штука, что всякие отбросы общества, которые митингуют уже почти полгода под зданием муниципалитета, должны убраться с Думской. Добровольно или, если не согласятся, принудительно.

Я никогда не был сторонником сограждан, разбивших палаточный лагерь у мэрии, хотя к самому Труханову отношусь весьма критично. Мне не нравятся их лозунги, безапелляционность, агрессия к прессе и, вообще, к людям с другой позицией. Смущало, что часть участников представляли одного бизнесмена, чей незаконный рынок отжали в пользу города. Однако я ни разу не засомневался в их праве митинговать, вывешивать лозунги и вообще всячески нервировать мэра. Потому как право это записано в Конституции. Точно так же под Белым домом в США сидят всякие фрики и сумасшедшие с плакатами, и никому они не мешают, никто их не разгоняет. Потому что ПРАВО! А вот зачистка на Думской, которую на сей раз не прикрыли даже фиговым листком решения суда (еще одно отличие), — противоправна. Это - уголовное преступление и вызов украинской и одесской демократии.

И снова о полиции. Почему она в очередной раз осталась в стороне? Почему опять в стороне губернатор, на поддержку которого изначально рассчитывали «антитрухановцы»? Мне кажется, мы имеем дело с довольно подлым договорняком, частью которого является совместное заявление по поводу «Евровидения». А что? Вполне укладывается в последние тенденции. Глава области уже несколько месяцев не критикует мэра; связанные с мэром компании выполняют заказы по ремонту трассы Одесса-Рени, на чем пиарится губернатор; а полиция, которой руководит ставленник Саакашвили, перестала прессовать некоторые карманные организации и закрывает глаза на сносы палаточных городков. Все довольны, кроме тех, кто имел несчастье поверить в полное торжество демократии и закона в одной европейской стране.

Впрочем, демократия — это не состояние, это процесс. Борітеся — поборете!

Автор – Олег Константинов, главный редактор «Думской»   

Дополнение от Сергея Диброва:

У меня сегодня было самое настоящее «дежавю». Как на машине времени, на два с половиной года назад.

Титушки — классические, хрестоматийные, в трениках, масках и с дубьем — я помню таких возле ОГА в январе-феврале 2014-го, а с тех пор как-то и не видел. И вот — снова.

Менты в беркутовских беретах, с лицами, закрытыми медицинскими масками… У них там что, эпидемия гриппа? Так вроде не сезон. Кстати, патрульные полицейские свои лица не скрывали.

Я помню разгон палаточного городка Евромайдана, был тогда возле Дюка. Тоже дежавю, отличий немного: в 2016-м не было судебного исполнителя, грузовики были с номерами, и все это происходило открыто, средь бела дня, а стыдливо, в пять утра, как в 2013-м.

Шел третий год после Революции, извините за выражение, достоинства. Дожили, твою мать.