Скальпель, надфиль, аэрограф: авиатехник одесского аэропорта строит дома маленькие «Мессершмитты» и «Фантомы»

Павел рассказал нам, как началось его увлечение. Было это в давние советские времена. Сборные модели тогда, в конце 1970-х годов, у нас почти не продавались, если не считать продукцию гэдээровской фирмы Plastikart и изделий, которые выпускались отечественными фабриками игрушек с помощью пресс-форм обанкротившейся английской компании FROG. Но и они появлялись в магазинах очень редко, тут же порождая ажиотаж и очереди из пацанов, болеющих авиацией. С прилавков заветные коробочки сметали в считанные часы.

«У немцев к моделям шли небольшие дополнения в виде краски и клея, что было очень кстати в ту эпоху дефицита. Я как сейчас помню этот непередаваемый запах немецкой химии, который приятно бил в нос каждый раз, когда я открывал коробку «Пластикарта», — рассказывает Павел.

По его словам, модели в магазинах игрушек, когда появлялись, стоили относительно недорого – от двух до шести рублей в зависимости от размеров и масштаба (для сравнения: килограмм «Докторской» тогда продавали за 2 рубля 20 копеек, бутылка водки шла по 3,60). Но конечно, проще было достать их на черном рынке. Кстати, сходки моделистов, в отличие от собраний любителей KISS, Sex Pistols, джинсов и жвачки, милиция не разгоняла. Видимо, это хобби не считалось идеологически и экономически вредным. Да и модели «Юнкерсов» и «Мессершмидтов», если и были у кого в коллекции, то без оригинальных опознавательных знаков, и малограмотные милиционеры не могли отличить их от советской техники.

Как и почитатели творчества Джина Симмонса и Томми Тайера, моделисты собирались на выходных в парке Шевченко. Кто-то всегда приносил сделанную с нуля модель, и толпа с жаром критиковала сборщика, обвиняя его в криворукости или нежелании заглянуть в чертежи, которые, к слову, тоже были большой редкостью. Иногда на сходке демонстрировали иностранные журналы о моделизме, купленные за бугром, и все восхищались качеством печати, глянцевой бумагой и офигенными картинками.

Приносили и коробки с импортными моделями. Чаще всего это были японская «Хасегава», южнокорейская «Академия» или американский «Монограм», но случались также польские, чешские и французские изделия. Конечно, эти модели стоили совсем других денег, но и качество отливок, декалей (переводных картинок), проработка поверхности крыла и фюзеляжа были намного лучше, чем у тех, которые продавались в наших магазинах.

Чаще всего модели шли на обмен, хотя некоторые ими торговали. Цены могли быть заоблачными, от 20-30 рублей (недорогой фотоаппарат, хорошие наручные часы или билет на самолет из Одессы в Москву).

У моделистов был свой сленг, непонятный для посторонних. «Вася за Мустанга просит двух Черных вдов!» — это означало, что Василий готов обменять модель американского истребителя P-51 Mustang на два американских же Northrop P-61 Black Widow. Тут все дело было в производителях: «Вдов» делали в Москве, поэтому они почти ничего не стоили, а «Мустанги» были только импортными.

Или, скажем, фраза: «Не нравится мне этот Худой, у него фонарь мутноват». Говоривший имел в виду, что остекление кабины у копии немецкого 109-го «Мессершмитта» плохо пропускает солнечные лучи.

«Первый цивилизованный модельный магазин в Одессе появился на стыке эпох — в 1990-м. Он размещался в подвальчике на Франца Меринга, — вспоминает Павел Суздальцев. — В плане ассортимента это был заметный шаг вперед, но мы туда ходили, скорее, на экскурсии, чем за покупками, цены откровенно кусались». Позже появилось еще несколько магазинчиков, а в них – чудо невиданное! – дополнительные наборы, при помощи которых практически любую модель можно превратить в конфетку, то есть собрать очень точную копию оригинала.

«Сейчас купить такие наборы по интернету – совершенно не проблема, а тогда они были только в магазинах. Речь идет о фототравлении, которое изготавливается для каждой конкретной модели. С ним, например, можно очень точно собрать кабину, как на настоящем самолете, только уменьшенную в 72 раза. Со всеми кнопочками, рычажками, циферблатами и катапультным креслом», — продолжает наш собеседник.

Цена таких наборов сопоставима с ценой самой модели, но конечный результат того стоит. Моделисты собирают модели в основном для себя, чтобы работа стояла на книжной полке или письменном столе, радуя глаз, но и мнение «коллег» по увлечению тоже много значит.

«Делай так, чтобы у зашедшего в гости товарища отвалилась челюсть от зависти», — улыбается Павел.

Решающее значение имеет покраска. У каждого настоящего моделиста есть аэрограф (пульверизатор) и компрессор. Модель должна полностью соответствовать прототипу, а для этого нужно точно смешать краски для получения оттенка, воспроизвести аэрографом все узоры камуфляжа. Некоторые мастера копируют и такие нюансы, как нагар на двигателях, грязь и подтеки масла: мелочи очень оживляют любую модель, но делать это надо очень осторожно, сверяясь с фотографиями реального самолета.

В моделировании миллион хитростей. Чтобы все изложить, и толстой книги мало. К счастью, сейчас есть интернет, а в нем – уйма специализированных сайтов и форумов. На таких виртуальных площадках опытные завсегдатаи строят модели в прямом эфире. Они выкладывают фото каждой операции и рассказывают, с помощью каких инструментов и как именно сделана та или иная деталь. Часто на форумах устраивают конкурсы по постройке, жюри выбирает победителей с обязательным вручением призов от спонсоров и магазинов. Живых выставок все меньше и меньше. В Одессе последняя проводилась семь лет назад, но общеукраинские смотры, слава Украине, еще существуют. Самые известные проходят в Броварах и во Львове. Это вам уже не сходка в парке Шевченко – такие мероприятия собирают сотни моделистов со всех концов страны и из-за рубежа. Они привозят все лучшее, что было сделано за год.

Коллекция Павла оставила приятные впечатления. На рабочем столе мастера всегда лежит неоконченная модель и специфические инструменты моделиста – скальпель, пинцет и надфиль. Многие модели он строит с подвижными элементами, например, со сдвижным фонарем кабины и встроенным электромоторчиком на батарейках. Мотор вращает пропеллеры. Это достаточно сложные доработки, требующие от мастера навыков и опыта.

Как у каждого увлеченного человека, у Павла Суздальского есть определенный задел на будущее. Для нас он открыл дверцы антресоли, а там… Больше 50 различных наборов, которые ждут своей очереди перейти из разряда «кусок пластмассы» в разряд «шедевры». Этого хватит на много лет!

Автор – Сергей Смоленцев

СМЕРТЬ РОСІЙСЬКИМ ОКУПАНТАМ!