Одесские мастера:  портной Вайсман дружил с Водяным, а от Высоцкого за костюм получил оду  

«Думская» продолжает публиковать материалы о незаурядных одесситах. Сегодняшний материал Надежды Маркевич посвящен закройщику Борису Вайсману и мастеру по починке швейных машинок Борису Низину. Наши герои возвели свои ремесла в ранг настоящего искусства. А это, согласитесь, достойно очерка.

ШИЛ ДЛЯ ВЫСОЦКОГО И «ЗАРЕЧНОЙ УЛИЦЫ»

Портного Бориса Вайсмана знает вся Одесса, ведь в швейной индустрии 77-летний одессит работает почти 50 лет. Вырос Борис Григорьевич в потомственной семье портных и умение держать нитку с иголкой впитал, можно сказать, с грудным молоком.

«Я — портной в четвертом поколении», — с гордостью говорит он.

Окончил Харьковский театральный институт, откуда по распределению попал не куда-нибудь, а в московский Большой театр. Там молодой мастер кроил костюмы для Муслима Магомаева и один раз даже ддя члена Политбюро, председателя Совмина Дмитрия Полянского.

Однако большую часть трудовой жизни — 26-ть лет - Борис Григорьевич отдал не Москве и Питеру (он успел отработать в Мариинском театре), а одесской Оперетте. Дружил с самим Михаилом Водяным: «Мы ходили друг другу в гости и даже по девочкам бегали», — смеется Борис Григорьевич.

В Одессе Вайсман пошил костюм для Владимира Высоцкого, а тот в качестве благодарности посвятил мастеру мини-оду: «Знайте, Вайсман Боря в своем деле — Водяной», — цитирует отрывок из произведения барда портной.

Работа в театре, воспоминает он, была настолько напряженной, что порой мастера засиживались до полуночи: «В год мы делали до пяти постановок, и для каждой нужны были новые костюмы. В большом количестве. Я знаю покрой национальной одежды всех 15 советских республик».

Кстати, Борис Вайсман зарабатывал в театре 250 рублей — столько же, сколько народные артисты.

Помимо работы в Музкомедии, портного не раз привлекали для работы в фильмах, которые снимали на Одесской киностудии. В частности, Вайсман кроил костюмы для фильма Феликса Миронера и Марлена Хуциева «Весна на Заречной улице».

После оперетты портной долгое время работал главным конструктором облбытуправления, которое занималось разработкой фасонов для фабрик и индпошива. Сегодня Борис Григорьевич работает в небольшом ателье на углу Коблевской и Дворянской.

Говорит, спокойно уйти не пенсию ему не дают постоянные клиенты: «Вот недавно приезжали люди из Германии и заказали четыре костюма Наполеона. У них будет бал-маскарад в честь 200-летия нашей Отечественной войны», — говорит закройщик.

И вправду, колокольчик на двери ателье почти не умолкает. Пока мы общались с мастером, забежал забрать свой белоснежный фрак дирижер одесского цирка, а известный артист Музкомедии попросил подкоротить пальто.

«Таких мастеров в Одессе больше нет, не осталось», — рассказал нам один из посетителей.

КОРОЛЬ ШВЕЙНЫХ МАШИНОК
Наш второй герой — мастер по ремонту швейных машинок Борис Низин. Он отдал своей работе 44 года.

62-летний мастер вырос на улице Дегтярной, в интеллигентной одесской семье. Мама хотела отдать маленького Борю на уроки скрипки, но тот всеми силами упирался. В конце концов, нарочно добившись плохих оценок, он избавился от ненавистной музыки и с радостью погрузился в техническое хобби:

«Я обожал заниматься радиоэлектроникой, паял приемники и елочные гирлянды. Вообще, любил изобретать и позднее стал предлагать разные рационализаторские предложения швейным фабрикам. За каждую идею платили 15 рублей», — вспоминает Борис Семенович.

После школы он пытался поступить в технологический институт, но из-за большого конкурса не прошел. Как позднее понял Низин, это был знак судьбы: «Мой папа работал на фабрике «Ремодяг» и устроил меня туда же. Я начал учиться мастерству механика-наладчика швейного оборудования», — говорит мастер.

Практику одессит проходил в доме моды «Платан» на Канатной, где ежедневно обслуживал до 300 швейных машинок. «Тогда в городе работало 53 ателье, поскольку существовал огромный спрос на пошив одежды. Не было Китая, не было Турции, а те вещи, которые продавались в магазинах, были скучными и однообразными», — разводит руками мастер.

Сейчас же, рассказывает он, спрос на индивидуальный пошив безнадежно упал, зато выросла необходимость в перешиве одежды. «Вещей много, но зачастую пошиты они ногами, вот и приходится мастерам подгонять ее по фигуре. Это раньше цена и качество были жестко связаны: если дорого – значит, обязательно качественно. Сейчас — очень редко. Я, кстати, никогда не носил одежду из полиэстера», — говорит он.

Профессионализм появился не сразу — после пары-тройки прошитых пальцев и сотен отремонтированных машинок. Нынче он - один из самых востребованных и опытных специалистов в городе.

«Как-то мой клиент сказал: «Мне понравилось, что вы пришли и не попросили инструкцию к машинке». Это так! Настоящий мастер должен уметь сам поставить диагноз, а не расспрашивать у клиента», — продолжает наш собеседник.

Ремесло свело Бориса Семеновича с будущей женой – пара познакомилась в ателье, где женщина работала швеей-закройщицей. Теперь живут душа в душу.

Эмигрировать за границу, когда появилась такая возможность, мужчина отказался: «Я люблю Одессу, хотя мне и больно смотреть на то, как она меняется — к морю не пройдешь, здания рушатся, население уменьшается, народ звереет. Но я стараюсь жить по вере, хожу на молитвы, десятину обязательно отдаю. Жаль, что многие не понимают – если ты отдаешь, ты находишь».

Автор — Надежда Маркевич