Месяц назад завершились очередные украинско-американские военно-морские учения «Си Бриз-2017». «Думская» старалась внимательно следить за всеми эпизодами этих маневров, и сейчас уже наступило время подвести итоги. Мы попросили сделать это заместителя начальника штаба ВМСУ по евроатлантической интеграции капитана первого ранга Андрея Рыженко.

«Думская». Андрей Алексеевич, Вы считаетесь ветераном в планировании «Си Бризов», а в этом году руководили так называемым центром морских операций. Чем лично для вас запомнились эти учения, и есть ли продвижение вперед в боевой подготовке ВМСУ?

А.Р. Мне было очень полезно лично принять участие в этом мероприятии. Я планировал «Си Бриз» в 1997-2002 годах. 20 лет - это очень большой срок. Как-то незаметно эти годы прошли, но очень многое изменилось. В этом смысле очень интересно сравнить первые учения «Си Бриз» с последними. Значительно выросла подготовка экипажей отдельных кораблей ВМС Украины в вопросах тактики НАТО — в первую очередь фрегата «Гетман Сагайдачный». Если в далеких 1990-х все украинские корабли в радиоэфире международных учений говорили голосами 2-3 офицеров (мы подсаживали их на борт разных кораблей), то сейчас экипажи работают самостоятельно. Значительно выросла автоматизация управления. Сейчас данные передаются в электронном виде через сеть, объединяющую все посты штаба, а мониторинг ситуации в море осуществляется благодаря системам VRMTS и AIS.

«Думская». До начала учений много говорилось о создании специального штаба морских операций. Оправдались ли эти ожидания?

А.Р. В 2017 году впервые в истории уровень учений был поднят на оперативный уровень, для этого был создан Maritime Operational Centre (MOC). В предыдущие годы штаб учений только мониторил действия сил. За основу MOC, согласно инструкции NTTP-3.32.1, взята модель 6-го флота ВМС США. MOC был создан на время учений, и его численность составляла 90 человек, половина из которых были украинскими офицерами. В течение первой недели MOC занимался планированием условной миротворческой операции по мандату ООН в кризисном районе на основании NATO Operational Planning Process. В конце первой недели многонациональные силы получили от MOC приказ на выполнение задач миротворческой операции. Все действия второго этапа на море проходили в режиме «free play», то есть с открытым результатом. Динамику и реализм обеспечивали вводные, которые поступали от руководителей учений: авария самолета, подозрительное судно, захват заложников и тому подобное. MOC соответственно реагировал и уточнял задачи силам. Все это и по штабным процедурам, и по тактике НАТО — на английском языке. Очень эффективную практическую помощь в этой работе украинским офицерам предоставили преподаватели из стран НАТО.

«Думская». Что было самым интересным и неожиданным?

А.Р. Впервые в истории учений «Си Бриз» их посетил президент Украины. Верховный поднялся на борт украинского и американских кораблей, пообщался с участниками, выслушал доклад командующего ВМС и рекомендации иностранных менторов.

«Думская». Какие основные уроки учений? На что в будущем стоит обратить внимание?

А.Р. Основной урок этих учений – это проблема общения офицеров разных стран. Английский — рабочий язык НАТО и владеть им украинские военнослужащие должны свободно. Это касается всех офицеров и старшин. Для решения этой проблемы ВМСУ планирует открыть с 1 сентября 2017 «Центр языковой подготовки».

Во-вторых, это знание и опыт применения штабных процедур и тактики НАТО. Это вопрос подготовки и образования. Что касается штабной работы, то 46 основных доктрин НАТО, составляющие оперативное искусство Альянса (так называемые Allied Joint Publications, AJPs), должны быть включены в образовательные программы всех уровней военного образования, как Национального университета обороны, так и видовых академий (институтов). Профильной для ВМС является Доктрина AJP-3.1 «Морские операции Альянса». Кстати, практически все доктрины не секретные, их можно получить онлайн через сайт NATO Standardization Office.

Изучается вопрос создания к концу 2017 года в ВМС «Центра Доктрин и тактики НАТО» для обработки национальных руководств на базе соответствующих НАТОвских. Это позволит как улучшить подготовленность офицеров наших кораблей, так и избежать дублирования в планировании и проведении мероприятий боевой подготовки.

В-третьих, это воспитание новой штабной культуры. Видимо, этот процесс наиболее длительный, и его тоже необходимо внедрять через военное образование. Он предусматривает делегирование полномочий и ответственности от командиров подчиненным и решение большинства задач (решений штаба) по «горизонтали». Сейчас это происходит по «вертикали». При этом необходимо максимально использовать креативность, ведь простые и нестандартные решения противник не сможет спрогнозировать.

«Думская». Изменится ли что-то в работе штаба ВМСУ на основании опыта этих учений?

А.Р. Разумеется, к будущим учениям «Си Бриз» мы планируем внедрение штатной (а не искусственно созданной) структуры управления оперативного уровня ВМС ВС Украины, которая будет построена по аналогии с Maritime Operational Centre (MOC). Для этого в конце 2017 года планируется создание Морского командования ВМС - с учетом установки NTTP-3.32.1. MOC, которое будет отвечать за окончательное планирование операций на море и управление силами в ходе операций ВМС. Указанное подразделение станет реальным практическим шагом в выполнении Стратегического Оборонного Бюллетеня и позволит объединить усилия в подготовке с помощью специалистов НАТО и сохранить уже накопленный опыт.

«Думская». Были ли ситуации, когда штаб учений буксовал по причине действия старых приказов или невозможности принять правильное решение?

А.Р. Да, серьезно буксовала логистика учений. Решение многих вопросов находится в плоскости устранения непонятных бюрократических препятствий, которые значительно ограничивают возможности ВМС Украины и партнеров в ходе обучения. Во-первых, это питание. В последнее время у нас открылось много военных столовых, работающих по стандартам НАТО. Но к сожалению, участники «Си Бриза» (и украинские, и иностранные) не могли пользоваться ими за свои собственные средства — нет разрешительной бумажки. Практика наличного расчета существует за рубежом, и наши военные за границей успешно ею пользуются.

Во-вторых, это таможня. Фактически это основное препятствие для всей логистической цепочки учений. Формат документов, который был установлен 20 лет назад, не отвечает настоящим требованиям и препятствует интенсификации подготовки. Тем более, не соответствует практикам стран НАТО. В течение первой недели обучения мы вручную «пропихивали» в Одессу задержанные на границе контейнеры с важным оборудованием. Вместо ныне существующих форм оформления грузов нам надо вводить так называемую форму 302, которая практикуется в НАТО. Если не введем, это прямая помеха обороноспособности Украины.

Считаю, что изучение и особенно внедрение уроков «Си Бриз-2017» будет очень полезным для реформирования как ВМС, так и наших Вооруженных сил в целом.

Беседовал Сергей Смоленцев