Тайна красных повязок: новое о трагедии 2 мая

Когда раздался телефонный звонок, и и Леонид Штекель сообщил о намерении областной администрации создать такую группу, я выставил условие, что в эту комиссию должен войти главный редактор издания «Таймера» Юрий Ткачев. И дело даже не в том, что накануне я успел договориться с Юрой о том, что мы будем вместе восстанавливать хронику событий и анализировать огромные массивы видеозаписей. Все гораздо проще. В группу входят преимущественно люди, которые не скрывают своих симпатий к «Евромайдану». Присутствие их коллег с противоположными взглядами, на мой взгляд, является обязательным. Во-первых, это позволит избежать подозрений и обвинений в предвзятости и однобокости. Во-вторых, комиссии понадобится информация с обеих сторон, и только Ткачев мог стать «мостиком» к сторонниками «Куликова поля», которые в целом ему доверяют больше, чем мне или Штекелю.

На первой встрече группы был предложен формат работы комиссии: журналистское расследование, которое вместе ведут журналисты различных изданий: Юрий Ткачев и Вера Запорожец («Таймер»), Сергей Дибров («Думская»), Валерия Ивашкина («Откат») и Леонид Штекель («Одесса Дейли»).

Журналисты, которые входят в состав группы, действительно, придерживаются разных взглядов, но давно знают и уважают друг друга и имеют опыт проведения собственных расследований. Мы ограничены рамками законодательства, мы заботимся о своей репутации и руководствуемся этическими нормами журналистики.

Хочу отдать должное Зое Казанжи и руководству области. Областная администрация помогла найти грамотных независимых экспертов, готовых на общественных началах напряженно работать в нашей группе, и за прошедшие три недели больше никак не вмешивалась в работу комиссии.

В целом работа комиссии является предельно неформальной. Помимо журналистов, с нами добровольно работают два видеоинженера, которые обрабатывают гигантские объемы видеоинформации из интернета и записи, которой с нами делятся коллеги-журналисты и блогеры. Есть в команде токсиколог, криминалист, химик, эксперт по огнестрельному оружию и взрывчатым веществам, консультант по неформальным молодежным сообществам. Также мы консультируемся со специалистами в других областях знаний, в частности психологии и пожарной безопасности, за что им отдельное спасибо. В целом работу группы «2 мая» координирует журналист Татьяна Герасимова.

Предполагается, что выводы нашей комиссии будут представлены в виде совместного материала, под которым будут стоять подписи входящих в группу журналистов и который будет опубликован в самых популярных интернет-изданиях города. Естественно, по ходу расследования мы делимся фактами и информацией, обращаемся за помощью к читателям, обсуждаем события.

^{Сергей Дибров ведет съемку на «нейтральной полосе» между двумя линиями баррикад 2 мая. Фото Олега Константинова}

В целом мы стараемся вести наш работу предельно открыто и публиковать максимум информации. Более того, так получилось, что свои наиболее серьезные находки мы сделали в присутствии своеобразных «понятых». Так, пулевые отверстия в стеклах и предполагаемую огневую точку внутри Дома профсоюзов мы обнаружили и обследовали вместе с корреспондентом «Комсомолки» Нигиной Бекоевой. Свидетельства активистов организации «Куликово поле» мы выслушали и анализировали вместе с корреспондентом «Би-Би-Си» Томом Уивелом. Пробоину в наружном стекле зала на четвертом этаже здания мы изучали одновременно со съемочной группой «киселевского» телеканала «Россия», а с родственниками погибших общались в присутствии румынских телевизионщиков.

Как я уже говорил, события 2 мая сразу стали обрастать множеством слухов и домыслов. Начали появляться абсолютно невероятные версии, которые выдавались за истину в последней инстанции. К сожалению, в этом «отличились» все: и активисты противоборствующих сторон, и журналисты, и высокопоставленные чиновники. Поэтому первые дни работы нашей комиссии были посвящены в основном критическому анализу и опровержению этих слухов и домыслов с позиций здравого смысла и собранных нами фактов.

Еще одна проблема заключалась в том, что трагические события активно использовалась для предвыборной агитации, точнее — для огульных обвинений оппонентов и пиаре на трагедии. Поэтому мы не прекращали работу, но по молчаливому согласию коллег взяли паузу и не делали никаких публичных заявлений до выборов.

Мы понимаем, что интерес к нашей работе очень большой, и 30 мая провели небольшую пресс-конференцию, на которой поделились некоторыми промежуточными итогами. Также мы рассказали, на что направлены наши основные усилия и какая помощь, какая информация нам необходима.

ТАЙНА КРАСНОГО СКОТЧА НА РУКАХ МИЛИЦИОНЕРОВ

Одно из самых неоднозначных обстоятельств дня 2 мая — повязки из красного скотча. Они были на руках активистов «Одесской дружины», многие из которых известны нам по именам, несмотря на маски и балаклавы. Точно такие же повязки в семь часов вечера я с большим удивлением заметил на руках у сотрудников милиции, которые направлялись от Греческой площади по направлению к Куликову полю. Этот момент можно увидеть на отметке 5:00 видеофрагмента моего стрима.

Неуставные красные повязки на руках милиционеров наложились на события 4 мая и немедленно породили тревожные конспирологические версии. Тут же «отличилось» российское телевидение, которое в одном из сюжетов подделало субтитры. В итоге создалось впечатление, что сотрудники милиции в разгар побоища не просто действовали сообща с активистами «Одесской дружины», но и непосредственно руководили ими.

Масла в огонь подлило заявление одного народного депутата, который передал информацию от одного высокопоставленного чиновника прокуратуры: якобы скотч (намотанный возле запястья) был нужен милиционерам для того, чтобы придержать шеврон (который располагается чуть ниже плеча). Любой здравомыслящий человек немедленно вспоминал юмористическую миниатюру о повязке на ноге, которая сползла с головы, и понимал, что дело тут нечисто.

Учитывая, что подозрения были очень серьезные, настойчиво выяснял все обстоятельства, связанные с этим красным скотчем на руках милиционеров. Я беседовал с сотрудниками милиции, которые на условиях анонимности ответили на все мои вопросы. Их ответы легли в основу гипотезы. Чтобы подтвердить или опровергнуть её, я обратился за помощью к читателям «Думской», которые также помогли пролить свет на ситуацию. Я получил неоценимую помощь от своих коллег-тележурналистов, которые помогли поставить окончательную точку в вопросе. Я перепроверил версию по четырем независимым источникам и сегодня могу говорить уверенно.

Итак, для начала — факты:

1. Красный скотч на руках сотрудников милиции появился через несколько часов после начала уличного боя — ближе к 17 часам.

2. На всех фотографиях и видеозаписях красные полоски на руках милиционеров расположены ниже локтя — в отличие от активистов «Одесской дружины», у которых повязка расположены выше локтя, за единичным исключением.

3. На всех фотографиях и видеозаписях полоски скотча намотаны не на рукава, а на штатный пластиковый щиток, который защищает руки и локоть.

4. У некоторых милиционеров скотч есть только на одной (правой) руке, у некоторых он — на двух.

Я не смог найти свидетельств того, чтобы красный скотч был у работников милиции выше локтя или просто на одежде.

Итак, в амуницию сотрудника ППС или военнослужащего внутренних войск, помимо шлема, бронежилета и щита, входят защитные щитки-налокотники, которые надеваются на предплечья. Щиток крепится двумя не особо широкими «липучками», которые обхватывают его поперек руки. Пока щиток новый, такое крепление достаточно надежно. Однако со временем «липучка» постепенно приходит в негодность, и как выяснилось 2 мая, потерять щиток в суматохе боя — проще простого.

Среди активистов «Одесской дружины» было несколько человек в форме и экипировке, похожей на милицейскую, с красными повязками выше локтя. Если посмотреть внимательно, можно увидеть, что они без погон, у них нет шевронов ППС или УМВД, что за спиной у них сугубо «гражданские» рюкзаки. Длинные (ниже плеч) волосы одного из них явно свидетельствуют, что он не является сотрудником милиции. Наличие фотографий этих людей часто вводит в заблуждение.

Изначально сотрудники полка ППС, по всей видимости, не ожидали ожесточенного сражения и не удосужились закрепить щитки покрепче. Мой коллега, оператор «ДумскойТВ», который в тот день находился в рядах правоохранителей, рассказал, что где-то в 17:00 случайно услышал разговор двух милиционеров. Один, в экипировке ППС, наматывал на руку красный скотч, который они нашли где-то на Греческой. Другой, в повседневной синей форме, спрашивал, зачем от это делает. Боец объяснил, что хочет примотать щиток, чтоб не потерять.

Ситуация начала проясняться. Оставался открытым вопрос, почему скотч был красным и как он оказался на Греческой. В конце концов, прозрачная или, скажем, серая липкая лента гораздо популярнее и доступнее. Ответ тоже нашелся. Как известно, активисты Куликова поля, оказавшись в окружении на улице Греческой, активно звали на помощь своих друзей и сторонников. Среди тех, кто пришел на помощь, было два человека — как оказалось, страйкболисты, мои знакомые, которые зарабатывают организацией корпоративных страйкбольных игр. В тот выходной день они примчались на Греческую с тем, что было под рукой. Сразу пригодилась аптечка, а рядом с ней был рулон скотча красного цвета, которым обычно обозначают игроков на корпоративах и мероприятиях для новичков. Потом этот скотч у них взяли ППСники, которые к тому времени уже уяснили, что крепление щитка не отличается надежностью, и начали мотать его на руки.

Кстати, в интернете можно увидеть видео со страйкбольных «пострелушек», которую проводила в начале апреля «Одесская дружина».

На отметке 0:45 можно увидеть, что в той игре стороны были обозначены повязками из красного и желтого скотча. Не удивлюсь, если 2 мая на площадь «приехал» тот же самый рулон, что использовался при игре.

2 мая на Греческой скотча было не особо много, времени тоже. Поэтому ППСники во время перегруппировок и ротаций спешно перевязывали щитки одним-двумя витками. Кто успевал — на двух руках, у кого не было времени — только на правой.

Возникает вопрос: к чему такие сложности, почему милиционеры просто не купили себе рулон прозрачного скотча? Ответ очевиден. Те, кто были на площади, знают, что активисты Куликова Поля и милиционеры находились в плотном кольце окружения, а все магазины в окрестных кварталах были наглухо закрыты — от греха подальше.

Напоследок я провел своеобразный следственный эксперимент. Неделю назад, выходя из областной администрации, я «случайно» зацепил рукой щиток на руке солдата Нацгвардии, который дежурил на первом этаже здания. К моему удивлению, щиток очень легко оторвался, а солдатик этому даже не удивился и пояснил, что старенькая «липучка», лежащая внахлест, нагрузку не держала.

К слову, после событий 2 мая при обострении обстановки сотрудники милиции уже крепили щитки заранее, и мои коллеги наблюдали это неоднократно. В частности, 9 мая, когда ожидались провокации, прикрепленный скотчем щиток на руке милиционера зафиксировал Константин Гак. А 26 мая, когда горячие головы почему-то пророчили массовые столкновения активистов двух майданов, скотч на щитках бойца Нацгвардии возле горизбиркома сфотографировал Алексей Кравцов, за что ему тоже большое спасибо.

Таким образом, сегодня я уже не сомневаюсь, что сами по себе красные повязки на руках у бойцов полка патрульно-постовой службы не являются криминалом и не появились там в результате сговора или заговора. Если у кого-то из читателя есть факты или свидетельства, которые противоречат изложенной версии — я буду рад с ними ознакомиться.

Конечно, история появления красного скотча на руках милиционеров, которую я выяснял — маленький и не самый важный эпизод событий второго мая. Мы планируем шаг за шагом отвечать на вопросы, связанные с трагедией, чтобы получать все более и более полную картину. Работа «Комиссии 2 мая» продолжается. На пресс-конференции мы озвучили серьезные претензии к руководству областной милиции, котрая, по мнению наших экспертов, не подготовилась должным образом к ожидаемым беспорядкам. Мы обозначили временные рамки, в которых восстанавливаем полную хронологию событий.

Также сейчас мы прилагаем максимум усилий, чтобы выяснить все обстоятельства пожара в Доме профсоюзов. Для установления истины нам очень нужны рассказы очевидцев — тех, кто находился внутри здания. По понятным причинам, эти люди неохотно идут на контакт. Мы готовы выслушать их анонимно и можем (закон нам это право гарантирует) сохранять инкогнито наших собеседников. Пожалуйста, расскажите о том, что происходило в Доме, любому члену комиссии по вашему выбору. Ради мира и спокойствия в городе — пожалуйста, выйдите на связь. Нам очень нужны ваши свидетельства!

Автор — Сергей Дибров

Видео с пресс-конференции от o1.ua. Рассказ Сергея Диброва о красных повязках на руках милиционеров — с отметки 16:20

СМЕРТЬ РОСІЙСЬКИМ ОКУПАНТАМ!

E-mail
Пароль