Садок вишневый возле лимана: в Одесской области волонтеры и ветераны создают центр реабилитации фронтовиков  

Идея создания Центра для реабилитации солдат, вернувшихся с фронта, витала в воздухе с осени 2014 года, когда одесский военный госпиталь был переполнен ранеными и волонтеры понимали, что одного медицинского лечения недостаточно — должна быть психологическая поддержка и социальная помощь. Боец возвращается домой настолько «поломанным», что «собирать» его нужно аккуратно и решительно. Волонтеры стали активно изучать опыт войн во Вьетнаме, Афганистане и на Балканах, чтобы спрогнозировать динамику развития общества, где нет реабилитации военных, вернувшихся с фронта. Прогноз оказался, мягко говоря, неутешительным, и стало понятно: Одесской области такой центр необходим как воздух.

Однако нахрапом решить этот вопрос не удалось. Сейчас в волонтерской среде по данному поводу консенсуса нет. Одна группа настаивает на создании центра реабилитации непосредственно в Одессе, другая считает, что лучше ему быть где-то в области. Государство же особой активности в этом вопросе не проявляло и не проявляет.

Волонтер Алла Русс решила не ждать у моря погоды и задумала основать такой центр сама. Одесситка привлекла ветеранов АТО и предпринимателей. И у нее получилось. Сейчас центр психологической и социальной реабилитации ветеранов рождается в селе Граденицы, что на берегу Кучурганского лимана. Там побывал наш корреспондент.

АЛЛА РУСС

В 2014-м Алла пришла в госпиталь и помогала раненым.

«Девочки, сегодня борт», — такие СМСки приходили тогда практически ежедневно. «Борт» — это самолет с защитниками Украины, получившими ранения на фронте.

Девочки реагировали и приносили в госпиталь все, что требовалось — от еды и трусов-носков до медикаментов, до книжек, телевизоров и одеял. Потом, когда волонтеров стало много, они решили разделить между собой отделения. Алле досталось психиатрическое. Наверное, одно из самых сложных.

- В Одессе салют на День города, а мои пацаны ныряют под кровать, — рассказывает она. — Среди ночи просыпаются и кричат про прилеты. Ищут оружие. Взрослые люди, психика не может так быстро перестроиться на «мирную» жизнь. Травма остается очень долго.

С тех пор Алла много общалась с медиками, с литовскими психологами, плотно занимающимися проблемами ПТСР (посттравматического синдрома) и выгорания у военных, мечтала, что у нас появятся такие специалисты и реабилитационные центры.

Строила планы.

Работу при этом она не бросала: Алла — опытный маркетолог в крупной компании, зарабатывает, воспитывает двоих детей — Ваню и Соню.

В 2016-м она добилась, чтобы в хирургическом отделении провели качественный ремонт и поменяли старую советскую мебель на удобную и современную. Попутно она решала проблемы многих вернувшихся с фронта — вплоть до того, что звонишь ей и говоришь: «Алла, у нас тут боец вернулся, тяжко ему, может покончить с собой, поговори с ним», — и Алла все бросала и ехала разговорить. Тихая и спокойная, она никогда никому не отказывала — помогала, коммуницировала с докторами, доставала лекарства, отправляла на лечение и реабилитацию, помогала-помогала-помогала… И не оставляла мечту о Центре.

Неделю назад она мне позвонила:

- Привет! Мы нашли помещение под центр. В Граденицах. Это будет пока только психологическая и социальная реабилитация, медицинскую мы не потянем — много всего нужно. Приезжай.

И я поехала.

ЛАГЕРЬ ТРУДОВЫХ РЕЗЕРВОВ

В советские времена здесь был лагерь для тех, кто работал в полях — на уборке винограда, помидоров, кукурузы и т.д. Старшее поколение помнит, как в школах отправляли целыми классами «помогать убирать урожай». Детей селили в таких типовых домиках, по утрам выдавали ведра или ящики и везли в поле работать, потом привозили на обед, потом опять в поле, потом — ужин и кино или дискотека.

Именно такой лагерь достался организаторам центра реабилитации ветеранов АТО и ООС - двухэтажный корпус постройки начала 1980-х, старенькая казарма постройки 1950-х и бывшая столовая, собранная из металлоконструкций. Кроме двухэтажного корпуса, все требует капитального ремонта. В двухэтажке полностью отремонтирован первый этаж — сделаны комнаты для проживания, столовая-кухня, туалеты, душевые. На втором этаже идет ремонт.

- Помещение под центр нам предоставил местный предприниматель, который помогал фронту и бойцам с 2014 года, — рассказывает Алла Русс. — Он сказал: «Оно все равно стоит, я помогу сделать ремонт, а вы делайте свое дело. Чем могу — всегда помогу».

Кроме Аллы, эту тему продвигают бойцы, вернувшиеся из АТО, — Андрей Спиридов и Максим Биднык. В последний уикенд они пригласили в новый центр волонтеров из Одессы. План был простым — организовать толоку на территории лагеря, а потом накормить людей шурпой и мамалыгой с брынзой и шкварками. Рассказать, как планируется работа центра и что он будет из себя представлять.

Из Одессы приехало человек двадцать. Разных. Были девочки и женщины, которые плели в 2014-м маскировочные сети, делали сухие борщи для фронта, помогали в госпитале. Приехали ветераны из Черноморска, подтянулись хлопцы из Беляевски и села Маяки. Пока одесситы боролись с амброзией, выросшей во дворе, бойцы в камуфляже таскали строительный мусор и старую стекловату из бывшей столовой.

- Кубинец попросил, — сказали они.

Кубинец — это легендарный разведчик. С 2014-го года на передовой. О нем стоит рассказать отдельно.

«ОН ЛЯШКО НЕ ПУСТИЛ НА ПЕРЕДОК!»

Андрей Спиридонов, он же Кубинец, он же Куба — разведчик 28-й отдельной механизированной бригады. И соорганизатор центра реабилитации на берегу Кучурганского лимана. О нем даже среди профессиональных военных ходят легенды:

- Он даже Ляшко не пустил на передок!

Кубинец — командир подразделения, которое зашло в Марьинку 29 сентября 2014 года.

Он уроженец Беляевки, и там им гордятся. Создание центра реабилитации Куба считает важнейшим делом:

- Очень важно дать пацанам веру в себя. Когда они возвращаются, у большинства одна мысль: «Мы чужие на этом празднике жизни». Им надо вернуться к мирной жизни, нужна работа, социальная адаптация. Им надо дать почувствовать себя необходимыми тут, без войны.

При всей своей брутальности Кубинец ранимый и по-хорошему сентиментальный:

- Это будет не только центр реабилитации воинов АТО/ООС, мы и детей-инвалидов хотим тут реабилитировать. Дети — наше все, куда мы без детей?

И действительно, места эти, на Кучурганском лимане, — красивейшие. Дайвинг в пресной воде, рыбалка, подвижные игры на свежем воздухе — все это нужно детям и взрослым. Показывая нам местность, Куба улыбается. Вся суровость куда-то улетучивается.

МОРПЕХ МАКС

Третий организатор Центра — Максим Биднык, морпех, водолаз-спецназовец и бывший «нацик».

- Где я только не служил! — говорит Макс.

Родился он в Одессе, в первом роддоме.

- А папа с мамой жили на Французском бульваре. Куда ни кинь – местный, — улыбается солдат.

Детство он провел в Запорожской области, в селе неподалеку от Бердянска:

- Я и есть Украина: у меня предки все из Запорожской Сечи, — говорит морпех Макс и перечисляет фамилии и названия.

Учился в севастопольской «нахимовке», служил в Крыму. Участник Евромайдана. На фронт ушел по зову сердца. Последнее место службы — 36-я бригада морской пехоты. Когда дембельнулся, собрал все выплаты и купил маленький домик между Беляевкой и Маяками:

- Тут воздух, как в моем детстве. Мои дети должны расти на природе, — говорит солдат Украины.

Максим везет нас в соседний поселок Лиманское. Это бывшая немецкая колония Зельц. Он показывает, где со временем будут проводить пейнтбольные соревнования:

- Места уникальные. Потрясающие. Мы хотим, чтобы люди про них знали. И ничего, что тут пока Приднестровье с российской армией за лиманом и среди местных хватает любителей «русского мира». Мы на своем примере покажем, что такое Украина. Хотим проводить уроки мужества в соседних школах, будем привозить им выставки из одесских музеев. Представляете, как, например, привезти хоть часть экспозиции Музея современной науки и показать детям — в тех же Граденицах или Лиманском. Это же всем нам нужно, чтобы дети росли продвинутыми и за Украину.

Максим и Андрей зарегистрировали охранное агентство — после реабилитации у АТОшников будет гарантированная работа.

- Мы должны зарабатывать деньги на работу центра: не стоять же с протянутой рукой. Мы не собираемся лезть в политику и обслуживать интересы частных лиц. Со временем на базе центра мы создадим бизнес-инкубатор для ветеранов — возможность обучиться, как создавать небольшие предприятия: строить парники, сажать сады и так далее. Будем проводить бизнес-тренинги, учить людей зарабатывать в мирной жизни.

А еще Алла, Андрей и Максим хотят разбить вишневый сад на склонах лимана – в память о погибших на войне. Уже в октябре этого там появится несколько сотен саженцев.

Автор – Алена Балаба, специально для «Думской»