Роковые восьмерки Грузии: российская приманка для украинских журналистов, разграбленные села и ощущение предательства  

Сегодня исполняется ровно 15 лет со дня начала захватнической войны россии против независимой Грузии.

Когда агрессор открыл боевые действия, до рождения «Думской» оставалось еще несколько месяцев. Тем не менее многие сотрудники редакции активно освещали те события, а некоторые, как наш фронтовой корреспондент Георгий Ак-Мурза, побывали в самом пекле. Слово ему.

Три восьмерки… 08.08.08, дата начала войны на Кавказе, неоднократно упоминалась конспирологами и пропагандистами разного толка ввиду явно мистического совпадения цифр. У меня, очевидца событий, есть своя версия. Отнюдь не конспирологическая и не относящаяся к нумерологии, а говорящая, скорее, о психологии ее зачинщиков.

Сразу отмечу, что вторая грузинская война (даже третья, если разделять первые конфликты в Осетии и Абхазии) – далеко не первая постсоветская бойня, которую автор наблюдал лично. Медленное, но неизбежное умирание большевистской империи повлекло за собой ряд явлений, которые в медицине называют сепсисом – гниющий и умирающий центр мучительно не желает отторжения здоровых частей (пусть и присоединенных когда-то насильно), заражая их гноем и посылая в них метастазы, полчища вирусов и болезнетворных бактерий.

Справедливости ради стоит отметить, что большая часть украинских журналистов в августе 2008 года рванули на театр боевых действий со стороны россии. С аккредитациями МО рф и соответствующей подачей новостей. Российская военная пропаганда в августе 2008 года работала на ура, организовывая настоящие экскурсии для репортеров со всего мира: показывала «страдания братского осетинского народа» от грузинских «фашистов», которых якобы поддерживало злобное НАТО.

Да-да, ничего нового до сих пор российские пропагандисты так и не придумали. Если поднять материалы о тех событиях, можно найти прообразы распятых мальчиков, расстрелянных мирных старушек и многого другого, уже из 2014-23 годов в Украине.

Россияне действовали так настойчиво и напролом, так грубо, что у меня, несмотря на определенные сомнения по поводу грузинской позиции, родилась идея: побывать на войне не с московской стороны, а с тбилисской. Что и было сделано, впрочем, не совсем законным способом.

В августе 2008 года получить военную аккредитацию от министерства обороны Грузии было довольно сложно. В кабинетах ведомства царила атмосфера растерянности, некоторые чиновники уничтожали архивы, другие внезапно «заболели». Впрочем, большая часть служащих МО Грузии оставалась на рабочих местах. И все же было очевидно, что руководство страны пребывает в «грогги» — так в боксе называют состояние боксера после полученного мощного удара. Помыкавшись по кабинетам и так и не добившись разрешения побывать на передовой, я принял решение самостоятельно выехать на линию фронта.

В августе 2008 года военная ситуация в Грузии как две капли воды напоминала события конца февраля – начала марта 2022 года в Украине. Россияне прорвали хлипкую оборону грузинских войск и продвинулись до побережья Черного моря, в Поти. Но, в отличие от Украины, Грузия пошла на переговоры с агрессором, фактически отдав россиянам захваченную Северную Осетию.

К моменту, когда я выехал на линию фронта, активные боевые действия уже закончились. Тем не менее по обе стороны фронта еще перезаряжали орудия и подтягивали резервы, действовал период «не мира». И «не войны». Что будет дальше, похоже, не знали даже в самых высоких кабинетах.

За несколько часов до выезда на фронт в интернете читал несколько репортажей украинских журналистов, которых возили по линии боевых действий российские военные. Из материалов коллег следовало, что грузинская армия наголову разбита, военные пали духом и повально дезертируют.

Но вот под Гори встречаю несколько колонн грузинской армии. Пообщавшись с солдатами, понимаю, что новости с «той стороны», мягко говоря, вранье. Да, даже внешне очевидно, что грузинские бойцы смертельно устали. Но признаков падения боевого духа и разложения не наблюдаю. Большинство солдат считает, что причина отступления – предательство верховного командования вооруженных сил Грузии. Другие уверены, что приказ об отступлении был отдан не из-за предательства, а по причине элементарной трусости.

Почти все сетовали на генералов. Говорили, что грузинские военачальники и руководство страны до последнего верили, что войны не будет. А после ее начала войска оказались брошены на произвол судьбы: ставка самоустранилась от управления.  Все грузинские военные недоуменно говорили о загадочном исчезновении минных заграждений на основных направлениях на горных трассах буквально накануне войны. А также о «внезапных» недугах, которые в начале войны поразили высокопоставленных сотрудников спецслужб, полиции и вооруженных сил. Ничего не напоминает?

Линию фронта перешел нелегально, договорившись с местными грузинскими «сталкерами» — самым убедительным доводом стало мое удостоверение украинской прессы и украинский же паспорт. Большую часть пути пришлось проделать пешком, обходя российские заставы. Пару раз на горных и лесных тропах чуть не нарвался на растяжки: российские солдаты страховали свои расположения умело. От подрыва спас лишь опыт, полученный на других войнах.

На дороге, ведущей в Цхинвали – сгоревшие дотла АЗС. Обочины завалены пожитками, брошенными беженцами. На краю дороги валяются корзины с одеялами, разбросаны и смяты гусеницами танков детские игрушки. Видел даже искореженную пружинную кровать с блестящими шариками в изголовье. Несколько дней назад дорога из Цхинвали в Гори была настоящим адом – говорят, от российских войск уходили целыми селами.

В деревне возле Цхинвали местные, давшие ночлег, ночью устроили маленький пир в честь украинского гостя. Меня приютили два осетина, два грузина, один абхаз и один русский. Кроме великолепного домашнего вина, украшением стола стала… малосольная сельдь. Ее вынесли для меня, дорогого гостя, в обрамлении лука на огромном блюде.

Содержание рассказов местных вкратце: «Мы всегда в нашем селе жили вместе. Даже не знали, кто из нас осетин, кто грузин, а кто еврей. Русские с оружием и на танках заехали и сказали, что пришли нас защищать – от угнетения и унижения со стороны грузин. Почти все селяне уехали, мы остались. Вот теперь сидим в подвале, думаем: кто кого обижал? Грузин Резо Кеташвили своего кума-осетина Ваху Туйгоева? Или наоборот все было – Ваха унижал своего кума и друга Резо? Не можем понять, из-за какого такого геноцида наше богатое село теперь стало пустыней?».

Недоумение местных было вполне понятно – село, когда я в нем побывал, действительно, лежало в развалинах. При наступлении русские танки на «всякий случай» дали несколько выстрелов по населенному пункту. А пара черных вертолетов с красными звездами покрошили очередями дома.

В оккупированных селах главным объектом вожделения русских военных стала домашняя живность – куры и поросята. Хрюкающих и кудахтающих питомцев солдаты порой подстреливали прямо с бортов танков и БМП, пуская их на шашлык. Также удачей у оккупантов было найти домашний погреб с вином и чачей. В поисках алкоголя солдаты рыскали по дворам часами. Видимо, у них побывать на Кавказе, хоть и на танке, не отведав шашлыка с местным вином, считалось недопустимым.

Уезжать из оккупированного района Грузии пришлось довольно быстро. Пока ходил, фотографируя разрушенные дома, рядом резко затормозили потрепанные «Жигули». Оттуда выскочили двое мужчин и, предъявив удостоверения грузинской военной разведки, возбужденно жестикулируя, рассказали, что меня уже двое суток ищут российские спецслужбы. Враги засекли мой номер по роумингу украинской симки. Усадив меня в автомобиль, офицеры рассказали, что их разведка присматривала за мной с момента посещения минобороны в Тбилиси. Когда я пропал «с радаров» в Гори, они поняли, что украинский корр решился на нелегальный переход линии боестолкновения между грузинской и российской сторонами. Воспрепятствовать не успели.

Когда грузинская разведка получила очередной перехват радиопереговоров между российскими военными, стало ясно, что спецслужбы рф ищут украинского «шпиона», который пробрался на оккупированные территории. Поэтому было принято решение найти меня раньше россиян и вывезти обратно.

Завершение этой авантюрной истории оказалось вполне мирным – немного поругав за авантюру с переходом фронта, грузинские рыцари плаща и кинжала провезли меня по неизвестной проселочной дороге на свою сторону. И уже там долго угощали хинкали, шашлыками, вином и чачей, передавая из рук в руки следующим коллегам по ведомству. А еще потчевали жесткими, порой жестокими рассказами о войне.

Знать бы тогда, братья, что уже спустя каких-то шесть лет у меня будут истории похуже – уже из собственной страны, которая тогда казалась такой мирной…

Автор – Георгий Ак-Мурза