«Там был полный разброд и шатания»: отец погибшего на Троицкой студента — о действиях пожарных и атаке интернет-тролля

Беда внезапна. Она обжигает, как удар хлыстом. Человека, как бычка на бойне, словно бьют по лбу кувалдой. Он падает на колени. Мысли путаются и обжигают. Беда выбивает все силы из человека. Убивает веру. Так было после многодневных поисков Дарьи Лукьяненко, когда поисковые группы еще обшаривали лесопосадки под Ивановкой, а тут пришла весть: нашли. Мертвой. Оставалось только сесть на землю и обессилено закурить. Пять сотен человек под палящим солнцем искали. Надеялись. Молили Бога о чуде. Чуда не случилось.

Человеческая беда глупа, жестока и непонятна. Пять детей и мать погибли в Одессе на пожаре два года назад. Пожара как такового и не было. Когда они спали, стал плавиться пластик в лампе, из-за этого пошел черный отравляющий дым. Мать и дети задохнулись. Семья была верующей. Они исправно каждое воскресение ходили на службу. Они погибли из-за некачественного китайского пластика.

Беда цинична. К людям, попавшим в беду, зачастую относятся как к заразным. Войти в их положение, примерить на себя их одежку, на это способны далеко не все. Многие, видя объявление: «Прошу помочь», — спешно перелистывают страничку. Словно боятся заразиться бедой.

В этой истории никто не будет просить денег. Некому. Люди хотят справедливости и наказания виновных.

Семья Трофимчук еще не оправилась от первого удара – в 2018 году умер сын, 16-летний Илья. У него была саркома позвоночника. За жизнь подростка боролись три года и всей Одессой собирали деньги на лечение. Надежда то появлялась, то исчезала. Илье становилось лучше, и все облегченно вздыхали, то снова хуже. Даже дети в школе, где он учился, продавали поделки, чтобы отдать деньги на лечение. Потом нужны были уже деньги на обезболивающее. А потом пришло опустошающее известие. Илья умер.

4 декабря во время пожара в колледже на Троицкой погиб 16-летний Кирилл Трофимчук, младший брат Ильи…

Встречаться и брать интервью у семьи погибшего тяжело. Но отец семейства сам захотел этого.

Игорь Трофимчук производит впечатление успешного и респектабельного мужчины. Внешне он спокоен. Но пока мы говорим, его глаза начинают предательски блестеть. Свежую рану Игоря и его супруги посыпали солью какие-то подонки. Они глумились над памятью погибшего Кирилла, стремясь причинить родителям и друзьям парня как можно больше боли. В соцсетях выставили издевательскую «фотожабу» с матюками и оскорблениями погибшего.

ТРОЛЛИ ИЛИ МЕСТЬ ЗА ПОЗИЦИЮ?

- Ничего случайного в этой жизни не бывает. Я на своей странице в «Фейсбуке» написал, что я собираюсь заняться своим собственным расследованием данной трагедии и я добьюсь, чтобы виновные в смерти моего сына были наказаны и понесли уголовное наказание, — говорит Игорь Трофимчук. — Мои знакомые связывают появление этого ролика о моем сыне непосредственно с моими записями в «Фейсбуке». Я уверен, что это фейковый аккаунт, но тем не менее, подал заявление в киберполицию с просьбой расследовать данный инцидент.

Отец сдержан. Лицо его закаменело.

В первые часы после того, как он увидел «фотожабу» с похабными стишками о сыне, он писал: «Уважаемые… научите меня, как я должен на это отреагировать… найти и убить, сжечь? Или довериться правоохранительным органам? Ведь это писал нелюдь! Таких не должна носить земля».

Возможно, это дело рук российских подонков-троллей. Дело в том, что псевдоним, выбранный анонимом, Евгений Родонский и фотография аккаунта — это имя и фото погибшего в ДТП мальчика из Калуги. Сам тролль отслеживает аккаунты погибших детей и записывает издевательские ролики, обращенные к родителям покойного. В августе он издевался над друзьями и родителями покончившего с собой 16-летнего Даниила Бурдакова.

На вид троллю лет 16, и в своих роликах он хвастается, что его ищет «миллион людей». На его страничке есть ссылка на группу, где продают золото в «ДНР», Макеевке, из чего можно предположить, что тролль оттуда. Это вполне объясняет его недосягаемость и наглость. Но может быть и россиянин, ведь там с экранов кричат, что пожары в Одессе — «это божья кара за Дом профсоюзов», а «ДНРовская» страничка — лишь отвлекающий маневр. А может, это действительно месть и предупреждение за позицию отца?

САМЫЙ СТРАШНЫЙ ДЕНЬ

День 4 декабря 2019 года Игорь Трофимчук называет худшим в своей жизни.

- Мой сын перезвонил своей матери в 10:19 с просьбой помочь ему. Он сильно плакал, говорил, что задыхается и теряет сознание. И связь прервалась. В 10:24 мать перезвонила со своего телефона. И тогда он с ней попрощался. Сказал: «Мама извини. Я тебя очень люблю. Я не могу больше разговаривать. Я задыхаюсь». И опять связь прервалась. В 10:28 звонил уже я ему, но он был «поза зоною досяжності». Сразу после первого звонка мне перезвонила Алена (жена), она плакала и сказала, что в здании колледжа пожар. Сказала: «Срочно езжай туда, Кирилл в панике, езжай его выручай», — вспоминает отец. — Я в этот момент ехал по Горбатому мосту и очень-очень быстро, нарушая правила, полетел туда.

К зданию колледжа на Троицкой, 25 Игорь приехал примерно в 10:30.

- Я не мог вообразить, что там пожар такой силы. Напротив колледжа стояли дети. Человек двести. Я подбегал к каждой группе и спрашивал, видели ли они Кирилла. Никто ничего не знал, — продолжает Игорь Трофимчук. — Может быть, ребята из Кирилловой группы, с которыми я потом познакомился, очень плохо себя чувствовали и уехали домой или же их забрала скорая…

ЗДАНИЕ-ЛОВУШКА

- Я не знаю, рассматривали вы план здания или нет, но это настоящая ловушка. В этом месте ни обучение, ни эвакуация просто не предусмотрены, хуже условий не придумаешь! — говорит мужчина. — Многие из нас бывали в старом здании БТИ. Это и есть здание колледжа. С первого до третьего этажа идет нормальная, человеческая лестница. Чтобы попасть на верхние этажи, надо пройти по коридору на третьем этаже. Это длинный коридор, по которому ты проходишь до конца здания, и там есть лестница, ведущая с третьего на шестой этаж. Так вот, это лестница, по которой крупногабаритный взрослый человек не пройдет, он просто застрянет. Ширина ее около 50 сантиметров. Это железная, узкая лестница, на которой двое детей, идущие навстречу друг другу, вряд ли разминутся.

По словам Игоря, студенты, которым удалось выбраться из огненной ловушки невредимыми, рассказывали о панике и давке:

- Я слышал рассказы детей, что когда началась паника и они пытались спуститься по лестнице, то как-то получилось, что навстречу бежал другой поток, и они сталкивались, падали, давили друг друга. В каждом свободном углу валялся какой-то строительный мусор. Какие-то доски. Пластик. Помещение было оббито вагонкой и пластиком, самым дешевым, самым вредным. Помещение никогда не было оборудовано пожарной сигнализацией, не было ее там испокон веков. Поэтому студенты, которые находились на четвертом и пятом этажах, оказались под очень серьезной угрозой.

Позже отец узнал, что в то роковое утро Кирилл вместе с одногруппниками находился на пятом этаже, и выбраться по охваченным пламенем коридорам и лестницам было уже невозможно.

- Им перезвонили студенты со второго и первого этажей и сказали: здесь пожар, выбегайте. Они открыли дверь, сделали несколько шагов в коридор и увидели столбы черного дыма. Они поняли, что не дойдут, и приняли решение залезть на подоконник и звать на помощь пожарных, — рассказывает Игорь.

«ТАМ БЫЛ ПОЛНЫЙ РАЗБРОД И ШАТАНИЯ»

- После того как я оббежал детей, стоящих на улице, мне сказали, что кабинеты выходят во двор. Я побежал во двор. Дети на пятом этаже видели снующих по внутреннему двору людей. Я их застал в 10:30. Я снимал видео. Но пробегавший мимо пожарный стал меня стыдить, мол, нечего тут снимать! Тут горе! Рядом стоял оператор «ДумскойТВ», который сказал, что он здесь работает, и нечего меня стыдить. Почему я снимал? Потому что видел, как они работают. Это можно подтвердить съемками камер «ДумскойТВ» и ГСЧС. Там был полный разброд и шатания. Они бегали с места на место, не понимая, куда им бежать и что делать. Там не было никакого должного руководства. Я говорю про внутренний дворик. Что было снаружи, я не знаю, — продолжает свой рассказ Игорь. — Вот из здания вышли двое пожарных почему-то без масок, без кислородных баллонов. Или они их потеряли там, или они их сняли, не знаю. Один из них громко прокричал: «Трое пострадавших! Срочно подайте лестницу сюда!». Я предполагал, что сейчас подадут лестницу и вынесут трех пострадавших. Я был уверен на 100% , что среди них будет мой сын! Я думал, раз они пострадавшие, значит они еще живы. И я стоял возле этого окна. Но нас, всех, кто там стоял, стали выгонять. Я вышел, походил и потом снова зашел.

Пострадавшими, о которых шла речь, оказались спасатели, вошедшие в пылающие здание по парадной лестнице, которая впоследствии обрушилась.

- С момента, когда сказали, что есть трое пострадавших, до момента, когда вынесли двух пожарных, прошло двадцать-тридцать минут. Они реально заходили в огонь. Это был очень смелый поступок. И очень неразумный. Заходить в огонь, когда дети стоят в окнах — это очень неразумно! В результате того, что они зашли на эту лестницу, эта лестница обвалилась, и весь личный состав бросился спасать не наших детей, а своих коллег.

Игорь Трофимчук много и подробно рассказывает о неслаженных действиях пожарных, о слишком коротких рукавах, которые пытались соединить хомутами, но сцепки не выдерживали напора воды. О том, что часть шлангов были дырявые и о других проблемах, которые спасатели вынуждены были решать вместо того, чтобы спасать из горящего здания людей, когда счет шел на минуты. Надеемся, что следствие разберется во всем и будут сделаны соответствующие выводы, и наши спасатели, один из которых погиб в этом страшном пожаре, наконец получат все необходимое для того, чтобы выполнять свою работу на самом высоком уровне.

КТО ТРЕБУЕТ ДЕНЕГ?

По словам Игоря Трофимчука, в морге их с супругой предупредили, что тело их погибшего сына может находиться там бесплатно только три дня, дальше — нужно платить.

- Мы сказали: хорошо, мы заплатим. Но наш сын там лежит не потому, что мы не хотим его забирать, а потому, что ему нужно проходить генетическую экспертизу. Потому что все люди, которых оттуда (из дома Асвадурова, — Ред.) достают, кроме одной женщины, сгорели полностью, и четкой уверенности, что это именно тот человек, нет ни у кого. Даже когда находят с цепочкой или с крестиком, который принадлежит этому человеку, все равно проводят генетическую экспертизу, — рассказал он.

«Думская» обратилась в одесское областное бюро судмедэкспертизы, чтобы узнать, действительно ли родственники погибших в пожаре людей должны платить и на каком основании.

Заведующий отделом судебно-медицинской экспертизы Владимир Козулин заверил нас, что эта информация не соответствует действительности: «Никакие оплаты не могут осуществляться. Абсолютно всем все бесплатно выдается. Это их кто-то неправильно информировал. Из наших сотрудников никто не мог этого сказать. Могли сказать только представители ритуальных служб или еще кто-нибудь».

В АУДИТОРИИ НЕ БЫЛО ПРЕПОДАВАТЕЛЯ

Игорь Трофимчук буквально по минутам восстановил события того страшного утра, которое стало последним в жизни его сына. В 10:05 у группы Кирилла начался урок информатики в аудитории на пятом этаже. Но преподаватель так и не пришел:

- Когда я спрашивал у ребят, почему в вашей аудитории не было преподавателя, мне дети отвечают, а у нас часто преподаватели не приходили или приходили намного позже. Дети ждали помощи 40 минут. Они вылезли из окна. И в том числе и мой сын. И кричали: «Спасите! Помогите!».

Игорь собрал записи звонков студентов, которые связывались с родителями из охваченного огнем здания колледжа. Некоторые в последние минуты присылали картинки, навсегда прощаясь с родными. Смотреть и слушать это очень тяжело, но он внимательно изучает собранные материалы, чтобы не упустить ничего важного.

- Я надеюсь, что как отец погибшего я получу статус потерпевшего и смогу ознакомиться с материалами этого уголовного дела. И ознакомившись, смогу прийти к каким-то выводам. А пока я провожу расследование сам, — говорит Трофимчук. — Мне вот многие говорят: что ты лезешь, уже ничего не поправишь, сына из гроба не достанешь. Но я должен все выяснить, чтобы у меня совесть была чиста. Я должен что-то сделать для того, чтобы очередной ребенок не лег в такой же гроб. Это та гражданская позиция, которая должна быть у каждого!

Автор — Дмитрий Жогов