И снова наша постоянная рубрика «Пульс Города». Корреспондент «Думской» прогулялся с фотоаппаратом по старинному Книжному переулку, что возле Привоза.

Локация эта очень неоднозначная. С одной стороны — колорит: старинные покосившиеся домики, белье, сохнущее через весь двор, ленивые коты, лепнина. С другой — выброшенные на обочину жизни попрошайки, искатели и потребители наркотических закладок, а также извечные проблемы старого города – возраст архитектуры, помноженный на многолетнюю халатность чиновников от ЖКХ.

Первое впечатление не самое лестное. Во многом душевность подобных мест зависит от расстояния, на котором вы от них живете. С условного Брайтана Книжный, наверное, колоритен, вблизи же все это неприглядно. Ситуацию, как всегда, спасают люди — вот подлинное сокровище Одессы.

Скажем, в доме №9 уже полвека с гаком творят несколько поколений одесских художников. Черпают вдохновение в торговых рядах молочного корпуса Привоза, подсматривают типажи в мясном, а потом выплескивают на холсты маслом.

Сейчас в подвале-студии работает художница Ирина Закамулина. Одесситка рисует с самого детства, окончила Грековку и монументальное отделение Львовской академии искусств. В разное время расписывала храмы, создавала частные интерьеры. Сейчас Ирина, по ее признанию, работает над «аспектом глубокого соприкосновения человека с самим собой». Последние картины художницы — ангелы любви. Лик одного из них, выглядывавший в пыльное окно, и привлек мое внимание.

С Книжным переулком связана большая часть жизни художницы. Она попала сюда когда ей было 20 лет. Это была мастерская отца ее будущего мужа, тоже художника.

«Это переулок контрастов, — рассказывает мастерица. — Двадцать лет здесь в нескольких местах самогон варили, наркотиками приторговывали, но мы могли уйти из студии и оставить дверь открытой. К художникам всегда относились с большим почтением».

Сейчас Ирина и ее студия переживают не лучшие времена. На днях отключили за долги свет.

«Мои работы постоянно участвуют в выставках, их очень хвалят, но не покупают, — жалуется художница. — А мне просто нечем платить за свет. Все копейки, которые я зарабатываю, я трачу на краски, потому что без живописи вообще жить не смогу. Может, вы напишите, люди увидят и помогут».

Ирина не единственная творческая личность в Книжном. Житель 17-го номера, болельщик «Черноморца», украсил символикой любимого клуба входную дверь в подъезд.

Отдельной главы требует история 13-го номера. Жильцы этого некогда величественного, для здешних мест, доходного дома живут буквально над пропастью. В 2006 году левая часть фасадного здания (все три этажа) рухнула в подвал.

«Я тогда на даче был, — рассказывает житель третьего этажа Сергей. Седобородый мужчина только вернулся с Привоза — в одной руке кульки с покупками, под мышкой смешная маленькая собачонка по кличке Барон. — Жена звонит: приезжай, мол, дом рухнул. Приезжаю, тут пожарные, скорая. Упал первый этаж в подвал. А за ним все остальное, кроме крыши».

В том же году жильцов рухнувших квартир отселили — только чудом никто из них не пострадал. А о тех, кто живет в уцелевшей части, забыли. Вот уже 14 (!) лет люди вынуждены ютиться в смертельно опасном доме.

«Стена понемногу садится, — объясняет Сергей, устроивший мне небольшую экскурсию по аварийному дому. Мы находимся на чердаке. Сквозь щели в крыше на пыльный пол пробиваются солнечные лучи. Части перекрытий нет. В полу зияет огромная дыра размером с квартиру. Внизу, на первом этаже, видна полка с чудом уцелевшими трехлитровыми банками, покрытыми слоем многолетней пыли. — Хорошо, что строители в XIX веке строили качественно и дом выстоял, но упавшая часть тянет за собой уцелевшую. В любой момент может рухнуть. Спишь и сквозь сон треск слышишь».

По словам мужчины, жильцы с жалобами дошли до президента Ющенко, регулярно пикетируют сессии городского совета. Даже своими силами пытались найти инвестора, который снесет аварийную недвижимость, однако пятно застройки небольшое и малопривлекательное. У города, конечно, денег нет. На светящиеся скамейки и то с трудом хватает.

«Я родился и вырос в Одессе, — рассказывает Сергей. — Покупал квартиру в этом доме специально, чтобы был центр, чтоб рядом Привоз, чтобы дом из ракушечника и северная сторона. Мы хотим спокойно жить здесь. А нас по сути вынуждают съехать или просто ждут, пока мы рухнем окончательно».

Жители Книжного переулка, встретившиеся нам во время прогулки, оказались очень приветливыми и словоохотливыми людьми. Вот пожилая пара, не боясь, пускает меня во двор и просит закрыть за собой ворота, когда я закончу фотографировать.  

Условия жизни тут не ахти. Серая кладка стен на домах уже и не помнит времена, когда была покрыта штукатуркой. Лепнина в трещинах. Внутренний двор лишен ровного тротуарного покрытия. Чистоту и порядок жители Книжного поддерживают своими силами — кто как может. Дворники убирают только по улице.

Одна из легенд гласит, что перед последними местными выборами в переулок заглядывал нынешний председатель Приморской райадминистрации, член партии Труханова «Доверяй делам» Марат Королев. С его легкой руки здесь отремонтировали уличное освещение и промыли канализацию. С тех пор много воды утекло, и свидетелей этих героических подвигов становится все меньше.

Чем дольше здесь находишься, тем больше проникаешься атмосферой переулка, начинаешь подмечать детали. Кованый вензель «Теперъ» на воротах пятого номера (видимо, фамилия — Тепер) и список дежурств по парадной, обрезанная баклажка с надписью «Почта», скромный кустик самшита, непонятно как выросший во дворе, ширина которого с трудом позволяет разминуться двум людям. Признания любви на заборе и тег интернет-магазина закладок. Убогость и вычурность. Серость и яркость.

Уверен: Книжный переулок при всей свой усталости требует не сноса и уничтожения, а ремонта и сохранения. Нуждается во внимании и заботе. Как и весь город, впрочем.

Автор — Александр Гиманов