Пресс-конференция «афганской сотни Майдана» в Одессе (видеотрансляция)
В Одессе проходит пресс-конференция участников так называемой «Афганской сотни» Майдана, которая вернулась в Одессу после выполнения миссии в Киеве.
«Думская» проводила прямую трансляцию.
«Афганцы» утверждают, что вернулись в Одессу для того, чтобы стать здесь «гарантами мира и спокойствия в городе, обеспечения нормальной работы правохранителей и других государственных органов». Вчера два участника группы посетили начальника УВД области.
Количество ветеранов, вернувшихся домой из Киева, не раскрывается.
СМЕРТЬ РОСІЙСЬКИМ ОКУПАНТАМ!
Помітили помилку? Виділяйте слова з помилкою та натискайте control-enter
Львовское издательство «Видавництво Старого Лева», в знак протеста против необдуманных действий новой власти, и против отмены языкового закона в частности, выпустит книгу одесской писательницы на русском языке Щипать себя пробовал. Новость не пропала. А вы говорите «бандеровцы», «фашисты»
Блин, я тащусь от Правого сектора! Согласен с каждым его словом. Только таким хирургическим путем сейчас можно удалить всю эту гниль из власти (во всех партиях, без исключения). А то когда дорываются до властного корыта совсем борзеют, и ни во что людей не ставят. Надоело!
Сначала госсобственность, а потом как и вся госсобственность за бесценнок уйдет следующему « прозорому» олигарху! Думаю, группа приват готова уже купить:-)
Молодец, этих упырей только так на место и можно ставить. Они думают, что дружненько скажут: «мы с народом», а на самом деле и дальше считают биомассой, и надеяться продолжить грабеж, когда все стихнет.
Надо нам, дети, в час сей искушений великих и скорбей устоять в Святоотеческой Вере Православной. Надобно всем стать на защиту святынь наших. Наипаче же стать защитником Веры можно с Верным Казачеством!
Умирать не так страшно, как ждать смерти, зная, что она придет не когда-то в туманном будущем, а через секунду — две. Страшно видеть, как смертью наполнено простреливаемое пространство вокруг, сидя за тонким, измазанном кровью, металлическим щитом, с абсолютно бесполезной против боевых пуль, каской на голове, судорожно втягивая в себя воздух, пахнущий дымом и наполенным криками, матами, стонами, проклятиями.
Страшно видеть, как решается на перебежку от дерева к дереву человек и падает навзничь, неловко подвернув под себя руки. Страшно видеть, как впиваются в деревья пули, отщелкивая кусочки щепок, которые больно секут по щекам. Страшно тянуть под обстрелом тела раненых или убитых людей, с которыми еще пять минут назад я бежал в наступление с деревянными палками в руках. Страшно осознавать, что вокруг все наполнено смертью, что это действительно война, не та «война», которая была раньше на мирных Майданах, а именно та война, которой так добивались, многие клавиатурные революционеры, которым так надоело правление бандитов. Страшно от того, что теперь эта война не на экранах мониторов или в выпусках стрим-трансляций, а вокруг, везде, рядом и что, высунувшись на миллиметр из-за дерева, можно погаснуть навсегда и так и не узнать, каков же будет исход этой войны.
Во время расстрела мозг разбивает восприятие реальности на сегменты. Один судорожно оценивает степень защищенности тела, заставляя глаза судорожно метаться туда-сюда, контролируя сектора защищенности от траектории пуль. Второй врезает в память все мгновения увиденного за последние минуты: от залитой кровью земли и лежащих тел до особенностей каждой трещинки на коре дерева, за которым сидишь. Третий пытается проанализировать ситуацию и выбрать момент для следующей перебежки до ближайшего укрытия. Третий — самый опасный. Именно он бросил в рывок много тел, лежащих теперь неподвижно или стонущих от боли недалеко. На открытом, со стороны снайперов или автоматчиков, простреливаемом пространстве.
Мне было страшно и в то же время я не боялся. Я пошел на штурм в тот четверг и выжил, чтобы теперь писать все это. Со мной пошел мой друг, мы еще до штурма смеялись над собой, глядя, как странно, нелепо мы выглядим в каксках, нами овладело какое-то больное, с примесью истерики, веселье. Впрочем, потом стало не до смеха. Потом совсем стало не смешно.
Запомнилось, что одиночные выстрелы чем-то похожи на звук вскрываемой банки с напитком, только насыщенней, на тональность ниже, с резким коротким хлопком. Автоматные очереди слышать было страшнее, хоть они и были не такие опасные, как снайперки. При рикошете пуль возникало мгновенное, быстро танущее, небольшое облачко дыма и когда эти рикошеты участили вокруг, во рту появился кислый привкус соды, смешанной с карбидом. Я не знаю, какой вкус у карбида, но именно такая ассоциация приходит на ум. Пули, впивающиеся в землю, взметают фонтанчики мусора, грязи и палых листьев.
Когда наша группа попала в зону обстрела, естественно, мы все испугались до дрожи в коленках, до икотки, до усрачки, но продолжили движение вперед по 2 метра в минуту. Одному (не знаю его имени) пуля попала в голень и он упал, каска отлетела далеко от удара с землей. Двигавшиеся за нами заорали, что унесут, чтобы мы не отступали. А отступать хотелось, страх смерти — мощный стимулятор к побегу куда глаза глядят, мгновенно так начинает хотеться жить, как никогда перед этим. Но, без пафоса, а зачем тогда жить, думал я. Ради чего, ради кого, как смотреть себе в глаза? Мы двигались разрозненно, поодиночке, прикрывшись своими щитами, добежали до деревьев. Мне повезло — дерево оказалось широким и я смог, крепко сдвинув ноги и положив одну руку на грудь (вторая держала щит) оказаться в относительной безопасности.
А вокруг творился апокалипсис. Стрекот автоматов, медики, бегающие безо всякой защиты, даже обычные наступающие без касок, вопли, перебивающие друг друга, сирены вдалеке, грохот подвигаемых нашими вперед баррикад, перекидывание покрышек (некоторые уже горели, чтобы дым отградил нас от автоматчиков, но дым не шел в их сторону, дым в тот момент уносило немного влево и назад, как мне запомнилось), стук нашими по металлу, как во времена предыдущих, не таких кровопролитных боев, тонкий писк рикошетов, все это изо всех сил пыталось свести меня с ума. Я никогда не мог представить, что моя Украина будет такой, что я буду вынужден участвовать в боевых действиях. Хотя, какие тут боевые. В боевых действиях участвовали ОНИ, а мы лишь перебегали, как муравьи от укрытия к укрытию, с палками и бутылками в руках. Добросить коктейль было практически невозможно, ОНИ находились на возвышенности, метрах в 100-150 (приблизительно) от нас.
Но, несмотря на это, мы наступали. Безоружные. Испуганные. Растерянные. Окровавленные. Грязные. Но наступали. Люди падали, я видел, как парень в мотоциклетном шлеме перебегал дорогу и почти добежал до укрытия. Почти добежал. Я тоже не знаю его имени до сих пор. Я видел, как падали мгновенно (наверно пуля попадала в голову и смерть наступала сразу) и как падали как в замедленной съёмке (потихоньку приседая, склонив голову к груди и неторопливо заваливаяь на бок). Почти никто не лежал на спине (я видел только двоих), все убитые лежали на боку или в других позах. Кровью было залито, замазано, забрызгано почти все — люди, земля, деревья, лица, одежда, щиты, каски, барикады, покрышки, бутылки). Казалось, капли крови текут даже по небу, настолько завладел всем в то утро красный цвет.
Я видел девочку — медика, которую снайпер угостил пулей в шею, как ее вели назад и кровь стекала потоком по ее руке, прижатой к горлу. Я видел, как священник перебегал, прикрывшись щитом, от одного раненого к другому. Я видел, как одному пуля попала то ли в бедро, то ли в боковую часть таза и его закрутило, как юлу. Я видел, как сидел паренек за барикадами и, видимо, снайпер нашел щель, потому что паренька швырнуло в землю и его руки судорожно начали хватать воздух. Я видел, как суетились наверху черные фигурки, перебегая туда-сюда и выплевывая короткие всплески огня. Я видел, как какой-то неизвестный пацан зажег фитиль на коктейле и выбежал без щита и каски из-за баррикад, пробежал метров 5, широко размахнулся и бросил его в ИХ сторону. Коктейль не долетел, но пацан вернулся назад невредимым. Я увидел столько, что теперь мне хватит на всю жизнь.
Я принял решение перебежать из-за дерева к баррикаде, где лежал один и присело трое. Мне нелегко далось это решение, оказалось, что я не бесстрашный герой, мне хотелось сидеть за безопасным деревом и ждать, пока все не закончится. Пока все не закончится, так или иначе.
Я выбежал и каждый выстрел, который я слышал, пока бежал, пригнувшись и выставив вперед щит, я относил к своей грязной и сжавшейся от страха персоне. Чувство, что вот именно сейчас, в эту секунду, я могу умереть — это, наверное, самое непередаваемое по глубине ужаса чувство. Я пробежал мимо того парня в мотоциклетном шлеме, краем глаза отметив лужу крови, которая вытекала из-под шлема и почти нырнул в броске в почти безопасную площадь, прижавшись к кускам фанеры, жести, всягого строймусора рядом с такими же сжавшимися, но еще живыми и боеспособными телами.
Все грязные свиньи, устроившие бойню своих граждан, должны быть жестоко наказаны. И все те, кто им в этом помогал. Я горжусь, что я украинец, я горжусь, что живу на одной земле с такими ребятами, которые не поджимают трусливо хвост от каждого начальственного окрика, а идут на пули, защищая свое и наше человеческое достоинство. Слава Украине! Слава героям!
Цитирую для тех.Кто смотрит голубые экраны и верит, что люди стоят за бабло,и там одни бандеровцы -готовые при первой возможности ломануться на Одессу. Продолжение Расстрел Слава Украине! Слава героям!
Не знаю.Прогнозируют к осени трэш, и Юлька на броневике возглавит 4 этап революции.А у нас сейчас, только второй.(( + если дятлы будут качать в сторону присоединение России, которой мы и особо ненужны, то будет большая Ж и начнется раньше.Подумайте о Преднестровье.+ Татары оч не хотят в состав России.Есть вариант, что на 2.03 вече будут строить оппу или уже власть, тогда будет все хорошо.Даешь еженедельный отчет!!! )
Я о вещах по проще, что с дефолтом, с наполнением пенсионного фонда, с долгами Газпрому и выплатам по кредитам… Короче, « где деньги, Зин? « Или Запад нам поможет?
Стабилизация + декапетализация=любовь))Смотрел Межегорье, Пшонку-не ужели до майдана было, а сейчас нет?)) Пусть скребут по сусекам))При желании в первую неделю ярдов 20 найдут.)
Про твой «Трэш» еще не знают греки, испанские ребята, португальцы, немецкие турки, французские африканцы из Парижа. А мы им поможем узнать. Вот как заполыхают «Майданы» в Европе, тогда про транши забыть придется.
Думал, что та власть плохая и хуже не будет, пришла власть намного хуже предыдущей. И виной тому — такие как Вы. Так вперед — назад и доводите дело до логического конца, с люстрацией, экспроприацией наворованного, отстранением от власти старых воров и олигархов. Посадите на должности не хапуг, профессионалов, людей объединяющих миром и добром разные регионы, а не националистических нелюдей, отталкивающих от Украины ее же граждан. Пока это не сделано — смысла в Вас здесь нет. Сумели развалить — сумейте построить и нести ответственность за свои дела.
дмб 80-82! я считаю что настоящим АФГАНЦАМ не место на майдане! а те КОЗЛЫ которые в маджахедках стоят на майдане — полные уроды! разочаровался в власти — меняй её! а нефиг стоять вместе с уродами которые стреляли в твоих детей в Чечне!
Yuriy Domovesov
Kirill Sinitsin
Карти, гроші, «Сітроен»: як одеська художниця створила парижський стиль і непогано на ньому 
Генератори не підходять: мешканці одеського «Чудо-міста» перекрили Середньофонтанську (фото,відео) 
Глазурований кіт, моржі на Ланжероні та сніговики в Міському саду: морозний день у засніженій Одесі (фотозамальовка) 
ВІДБІЙ повітряної тривоги
75
6
2
1
5
1
Думська в Viber
