Повесть о двух портовых городах: как два Ришелье преобразили Одессу и Марсель  

Это история о том, как упрямый француз превратил прибрежный поселок в главный зерновой хаб Черного моря. А еще вы узнаете уроки одесской толерантности двухвековой давности, которые звучат сегодня актуально как никогда. Украинская писательница и журналистка Алена Синенко доказывает, почему величие городов рождается не из имперского диктата, а из свободы, мира и южного упрямства.

В первые дни весны 1803 года конная карета медленно пробиралась по непроходимой грязи к Черному морю. Равнинный, призрачный пейзаж, изрезанный кривыми, измученными ветром деревьями, простирался до самого горизонта. Один из пассажиров кареты — 36-летний французский аристократ — созерцал бескрайние просторы степи и размышлял о грандиозной задаче, которая стояла перед ним.

Арман Эммануэль дю Плесси, герцог де Ришелье, направлялся в Одессу, чтобы стать ее первым градоначальником, после того как амбициозный проект превращения поселения в крупный центр международной морской торговли увяз в грязи немощеных улиц нового города.

Когда карета прибыла к месту назначения, Ришелье увидел унылый городок, где проживали около 9 тысяч человек. В нем было несколько сотен зданий, многие из которых все еще оставались недостроенными. Никаких свидетельств о торжественной встрече или официальной церемонии в честь нового градоначальника не сохранилось. Человека, который часто бывал при королевских дворах в Версале, Вене и Санкт-Петербурге, встретили лишь ревущий ветер и бушующие волны.

Он поселился в скромном доме на улице, которая сегодня носит его имя, и сразу принялся за работу, запросив отчеты о положении дел в городе — картина была удручающей. Расходы превышали доходы. Город страдал от нехватки воды и отсутствия инфраструктуры. Продвижение шло медленно.

Письма и мемуары Ришелье, касающиеся этого периода, на редкость сухи и ограничиваются лишь голыми фактами. Как талантливый администратор, он рассматривал Одессу как проблему, которую нужно решить. В своих «Записках об Одессе», написанных в 1813 году — незадолго до возвращения во Францию, где его ждал пост премьер-министра, — он вспоминал, что по прибытии ему потребовалось долгих шесть недель лишь на то, чтобы разыскать в городе дюжину простых стульев. И при этом он не выразил ни малейшего раздражения.

Морские амбиции и управленческий талант Ришелье не были чем-то удивительным. Как-никак, он был внучатым племянником кардинала Ришелье, который начал превращать Францию в могущественную морскую державу.

Эдиктом Сен-Жермен 1626 года кардинал основал первый постоянный и организованный государственный флот, стремясь централизовать контроль над морской торговлей и утвердить военную мощь Франции. Марсель был стратегическим портом на Средиземном море, и Ришелье добивался установить полный королевский контроль над городом и расширить его галерный арсенал, чтобы противостоять угрозе со стороны Испании.

Подрывая позиции соперников и заручаясь поддержкой влиятельных местных союзников, он пытался усилить свое свою власть в городе, однако Марсель оказался трудным для подчинения. Его жители сопротивлялись налогам, а в 1634 году вспыхнули беспорядки против представителей Ришелье, в то время как конфликты вокруг морских прав и доходов продолжались. После смерти кардинала в 1642 году этот порт, столь важный для французских морских интересов, фактически так и остался неуправляемым.

^{Порт Марселя в XVIII веке, в эпоху расцвета средиземноморской торговли}

В то время как кардинал Ришелье пытался усмирить непокорный Марсель и подчинить его интересам Французской империи, его внучатый племянник использовал свое влияние и репутацию, чтобы выхлопотать для Одессы обширную свободу — дабы стратегическое положение города принесло ему процветание.

В 1802 году Наполеон писал в письме Александру I: «Государство Вашего Величества и Франции получили бы значительные выгоды, если бы между нашими средиземноморскими портами и Россией через Черное море открылся прямой торговый путь… Мы могли бы напрямую доставлять наши колониальные и промышленные товары из Марселя в черноморские порты. А взамен получать зерно, древесину и другие товары, которые легко перевозить по крупным рекам, впадающим в Черное море».

Ришелье вложил всю свою энергию в развитие международной торговли, и она стремительно росла. В 1802 году через Одессу прошли 100 иностранных судов, а к 1805 году их число достигло почти 700. В то же время он добивался для города статуса порто-франко, который спустя несколько лет превратил Одессу в свободный порт и привлек огромные богатства. Этот расцвет торговли заложил основу многовековых связей между Одессой и Марселем, ставшими в 1973 году городами-побратимами.

^{Порт Марселя в XIX веке — морской аналог Одессы в эпоху ее господства на Черном море}

Впечатляющий ранний успех Одессы стал частью ее всемирного мифа. В то же время фигура Ришелье — неутомимого и скрупулезного человека, который не считал ни одну задачу слишком мелкой или незначительной, а ни одного человека — недостойным внимания, — превратилась в легенду для многих поколений одесситов.

Ришелье обладал редким талантом распознавать людей, способных ему помочь. Одним из таких был Шарль Сикар, уроженец Марселя, который поселился в Одессе в начале 1804 года и запечатлел глубокое преображение города в своих «Письмах об Одессе».

^{Торговый порт Одессы в середине XIX века: прибрежные склады, конные повозки и парусные суда свидетельствуют о превращении города в ведущий зерновой хаб Черноморского региона}

К моменту появления «Писем об Одессе» в 1809 году в женевском в журнале «Bibliothèque Britannique», Европу раздирали войны, которые Французская революция обрушила на континент: милитаризм проникал в культуру, массовая мобилизация набирала обороты, а число погибших исчислялось миллионами.

В то время, когда война преподносилась как неизбежность и необходимость, слова одесского купца могли показаться наивными: «Я полагаю, что на фоне бедствий, обрушившихся на мировую торговлю, утешением может послужить пример совершенно иного рода — описание состояния торговли в Одессе… Вы найдете здесь доказательство того, что процветание народа, как и процветание отдельного человека, рождается изнутри; что его невозможно достичь насилием… и что этот драгоценный росток человеческого благополучия может расцвести лишь благодаря бережному уходу и миру».

Но на протяжении Русско-турецкой и наполеоновских войн Одесса — многонациональный и многоязычный город, где даже сам градоначальник был иностранцем, — сохраняла стабильность и продолжала процветать. Терпимость и уважение, которые герцог Ришелье воспитывал среди пестрого и разнообразного населения, принесли свои плоды. Кардиналу Ришелье так и не удалось подчинить Марсель, но его внучатый племянник подарил Одессе свободу и мир, позволившие ей расцвести. Именно он сформировал ее особую идентичность, а памятник, установленный у главного морского входа в город после его смерти, стал одним из самых узнаваемых символов Одессы — в 2028 году ему исполнится 200 лет.

^{Потемкинская лестница, ведущая от одесской гавани к памятнику Дюку де Ришелье, — неизменный символ идеи, вдохнувшей жизнь в этот город}

Автор — украинская писательница и журналистка Алена Синенко