Побег из «Белого Лебедя»: к ситуации на украино-молдавской границе  

Тревожным сообщениям с украино-молдавской границы посвящается.

Лидер партии «Чужбина», бывший нардеп Игорь Лазарев сидел на первом этаже жилого комплекса «Белый Лебедь» и жевал плюшки. Из музыкального центра раздавалась песня «Яблочко». Пять минут назад политику сообщили, что готовится его арест. Якобы пограничникам дали распоряжение любой ценой не выпускать Лазарева за пределы государства.

«Даже Тимошенко отпускают, а меня нет», — уныло подумал он и вздохнул. Однако нужно было решать, что делать — покорно ждать своей участи или срочно бежать из страны, ставшей в один миг такой чужой и враждебной.

«Эх, яблочко,

Да сбоку зелено,

Колчаку через Урал

Ходить не велено!»

В холле Лазарева ждали три десятка охранников с суровыми брутальными лицами. В подвале укрывалась сотня наемников, в гараже стояли бронированные автомобили. Все было готово к побегу, но Игорь медлил. Очень может быть, думал он, что информация об охоте – деза. Не хотелось выставлять себя на посмешище.

Неожиданно с улицы донесся страшный грохот. Вздрогнули стеклопакеты. Под потолком закачалась дорогая итальянская люстра, украшенная камеями с видами Кремля, а со стены упал на пол и разбился портрет Путина.

Секьюрити засуетились и, передергивая затворы, заняли позиции у окон. Входную дверь в офис забаррикадировали кожаным диваном. Лазарев на всякий пожарный спрятался под столом, лихорадочно набирая на телефоне номер российского консульства: «Только бы этот старый лис был дома, только бы…»

В помещение ворвался еще один охранник, сообщивший срывающимся голосом, что выезд из «Белого Лебедя» перекрыт гигантским желтым МАФом. Лазарев вылез из-под стола и прильнул к монитору видеонаблюдения. Он ужаснулся: на стене сооружения, под наклейкой с символикой гагаузского ОМОНа, синей краской была выведена надпись «Гурвиц».

События, между тем, развивались с ужасающей скоростью. На траверсе мыса Большой Фонтан всплыла свежепокрашенная подлодка «Запорожье», высадившая десант спецназа морской пехоты. Со стороны порта к 8-й станции понеслись быстроходные пограничные катера. В небе застрекотали ударные вертолеты Ми-24.

По улицам Литературной, Каманина, Мореходному и Компасному переулкам к «Белому Лебедю» двинулись колонны БТР-80.

Ситуация обострилась до предела. Музыкальный центр в кабинете Лазарева, между тем, продолжал надрываться:

«Эх, яблочко,

Да постоянное,

А буржуйская власть

Окаянная!»

Лазарев, глядя на разворачивающееся вокруг «Белого лебедя» безумие, нажал кнопку коммуникатора и вызвал идеолога «Чужбины» Александра Иванова. Тот тут же явился. Выглядел идеолог грозно: всклокоченная рыжая борода, грудь крест-накрест перетягивали пулеметные ленты, из кармана торчала наполненная «коктейлем Молотова» бутылка из-под виски «Johnnie Walker Black Label». За собой Иванов тянул на веревочке пулемет Максим.

- Заявите в СМИ, — обратился Лазарев к соратнику, — Я готов к тому, что власть не остановится ни перед чем, чтобы остановить меня и моих сторонников. Если они ждут, что, испугавшись ареста, я попытаюсь скрыться, то они жестоко ошибаются. Я никуда не уеду. Я буду обороняться до последнего.

Тем временем на головной базе Черноморского флота России была объявлена боевая тревога. Ракетный крейсер «Москва» снялся с якоря и устремился на всех парах в Одессу… Схватка некогда братских государств за Лазарева началась.

Продолжение следует…

Автор — Виктор Шариков