Пишет Илону Маску и призывает россиян донатить на наши дроны: одесситка собирает деньги на разминирование украинской земли (общество)

Украинские волонтеры создали проект Life Robots Ukraine по сбору средств на уникальные наземные дроны — логистические и разминирующие. Эти машины, разработанные отечественными инженерами, способны доставлять боеприпасы, еду и эвакуировать раненых даже под огнем — туда, куда не проедет техника и не дойдет человек. Кроме того, небольшие роботы для разминирования обследуют до двух гектаров в сутки и в 100 раз дешевле западных аналогов. Руководитель проекта – одесситка Валентина Малько, ее команда работает по всей стране и даже всему миру. Энтузиасты хотят собрать миллион долларов, чтобы ускорить производство и обеспечить потребности фронта. Их цель — не просто получить разовую помощь, а выстроить стабильную сеть международных доноров.

Валентина Малько рассказала «Думской» о своей идее, откуда «берутся» дроны, кто их получает, и как привлечь к сбору донатов граждан других стран.

«Думская». Валентина, давайте начнем сначала… Как пришла идея собирать деньги на наземные дроны?

Валентина Малько. Это очень личная история, она случилась 8 марта этого года. Еду в машине, включаю новости – рф меняет стратегию. Они собирают рои дронов, чтобы перерезать логистику нашим бригадам. Я была на передовой, видела эти дороги между деревнями и поняла, насколько легко их перерезать, окружить, оставить без шансов наших ребят. Вспомнила, что мой хороший знакомый — производитель разных типов роботов, в том числе логистических и роботов по разминированию. Они могут проехать там, где обычная техника не пройдет – по бездорожью и под огнем. Остановила машину прямо на трассе, написала ему и подумала: это будет мой подарок себе на день женственности.

Позже оказалось — логистический и робот для разминирования — это две разные машины, теперь мы занимаемся и теми, и теми. Нашему проекту всего месяц, за это время мы сделали сайт, собрали команду, у нас есть счета в нескольких валютах. Мы обычные люди, просто я имею опыт – работала много лет с благотворительными проектами, в том числе занималась помощью военным, поэтому многие вещи хорошо понимаю. Поговорила с бригадами, производителями, узнала что нужно, есть первая заявка на 20 логистических роботов, есть заявки и на разминирующие машины, но они в несколько раз дороже и мы пока не знаем, сможем ли собрать такие большие деньги.

«Д». Кто с Вами в команде?

В.М. Мы не корпорация и не государственный фонд. Мы из разных городов Украины и со всего мира объединились ради этой идеи. Всего восемь человек. Среди нас: жена военного, супруга демобилизованного военврача, мама троих детей. Есть женщина, чье село уничтожено после подрыва Каховской ГЭС и предприниматель, никогда не вникавший в тему войны до полномасштабного вторжения, а еще учительница английского. У нас полно работы и много вакансий, я найду дело для каждого, кто захочет помочь. Мы все очень разные, но нас объединяет одно – вера в то, что вместе мы можем больше.

«Д». Кто разработчик и производитель дронов и сколько надо таких машин?

В.М. Это наши разработки – украинские инженеры придумали эти машины, они способны существенно повлиять на ход войны. Они нужны всюду на фронте — в каждой бригаде должно быть как минимум 20 логистических роботов. Например, всем известная – Третья штурмовая бригада говорит, что - сколько ни дай, мы все будем использовать. Все заботятся о наших ребятах в окопах, но дело в том, что эти роботы как раз и обеспечивают передний край нашей обороны. К позициям наших воинов надо постоянно подвозить продукты и боеприпасы, но враг с помощью fpv пытается не допустить никого. Задача этих роботов — снабжение и вывоз раненых с поля боя. Россияне пытаются перерезать логистику наших подразделений, поэтому роль таких машин очень трудно переоценить. Они также неоценимы при строительстве фортификационных сооружений, каждый такой робот может перевозить до 250 кг груза.

«Д». Насколько я понял, роботы для разминирования – это тоже новинка, чем они отличаются?

В.М. Они прошли сертификацию в начале этого года и сейчас проходят активные испытания и доработку конструкции. Небольшие машины для разминирования способны обследовать до 2 гектаров территории в сутки, что значительно быстрее, чем работают саперы. Стоимость такого робота всего около 25 тысяч долларов, это почти в 100 раз дешевле, чем подобный европейский аналог. Однако их можно использовать не только на освобожденных территориях. Все думают, что мы такие хорошие ребята — хотим разминировать украинскую землю после освобождения. Конечно это так, но мы еще хотим, чтобы наши машины помогли бригадам в наступлении, когда воины пойдут вперед по заминированным полям на вражеские позиции.

«Д». Каковы возможности предприятия — сколько таких машин оно может сделать?

В.М. Пока что возможности производства ограничены, но если мы сможем найти деньги, они кратно возрастут. В частности, передав предприятию один миллион долларов донатов, можно было бы серьезно продвинуться в разминировании плодородных территорий, что приведет к увеличению производства продуктов питания. Украина кормит зерном миллионы людей по всему миру, иными словами, донат на наши роботы – это вклад в продовольственную безопасность планеты.

«Д». Как строятся отношения с теми, кто донатит? Вы их как-то заинтересовываете?

В.М. Надо понимать, что наша цель – работа с иностранцами, причем мы не ищем людей, которые просто задонатят и все, мы стараемся выстроить долговременные отношения с теми, кто может выделять деньги на нашу оборону. Для всех оформляем годичную подписку, чтобы они могли регулярно перечислять деньги на наши машины. Тому, кто дает больше 300 долларов в месяц мы будем давать ценные подарки вне зависимости от того куда его надо отправить. Это будут подарки производителей. Ради этой цели в команде фонда будут работать переводчики, в том числе корейцы. Кстати, наш корейский друг пообещал перевести наш сайт на корейский язык, что очень важно для Украины. Южная Корея не любит Северную, которая помогает рф. Надеюсь, корейцы сделают серьезный вклад.

«Д». С кем еще будете работать, есть секреты, которые можно приоткрыть?

В.М. У нас большие планы, например, я собираюсь воспользоваться ненавистью к Украине и Дональда Трампа, и Илона Маска, и всех, кто не любит нашу страну. У них в комментариях много сторонников Украины, мы собираемся предложить им донатить нам. Для этого мне нужны украинские патриоты, готовые писать в социальных сетях комментарии, что без этих пожертвований война не закончится. Таким образом, даже ненависть отдельных людей мы будем использовать на благо Украине.

«Д». Работа с иностранцами подразумевает общение с русскими тоже, как Вы к ним относитесь, собираетесь тоже привлекать к донатам на ВСУ?

В.М. Я человек, который не знает ненависти. Даже россиян я не ненавижу. Мой проект построен исключительно на любви и уважении к Украине. Я желаю россиянам уйти от страны с крепостным правом и стать нормальным развитым государством, с которым когда-нибудь можно будет сотрудничать. Они должны вырасти, научиться платить за свои ошибки и нести ответственность. И поэтому я повторяю, что лучший способ помочь россии – чтобы россияне донатили на наш проект.

Беседовал Сергей Смоленцев