Пять дней назад украинская армия отбросила оккупантов за Днепр и освободила больше 60 населенных пунктов на юге страны, включая Херсон — единственный областной центр, захваченный российскими нацистами с начала полномасштабной войны. В освобожденном городе побывал корреспондент «Думской» Александр Гиманов.

- Можно я подарю вам шеврон? — девочка с вплетенными в косички голубыми и желтыми лентами протягивает воину нарисованную на листике из школьной тетрадки и аккуратно вырезанную рыбку.

За 15 минут, что боец успел провести на площади Свободы в Херсоне, он раздал все свои знаки различия на липучках. При виде украинского военного дети повисают на нем, как игрушки на рождественской елке. Маленькие пальцы тянутся потрогать элементы экипировки, коснуться приклада оружия. Самым удачливым и настойчивым в подарок достается нашивка – заветная цель здешних мальчишек и девчонок. Боец с гордостью приклеивает рыбку на рукав и фотографируется на память.

- А почему рыба? – спрашиваю.

– Просто рыба, — смущается девчушка, но приятельница ей тут же помогает:

– Это акуленок. Он приплыл, когда освободили Херсон.

Даже спустя четыре дня после освобождения жители Херсона не устают приходить на главную площадь, под здание областной администрации, и праздновать. Передать атмосферу, царящую здесь, невозможно – это надо почувствовать. Страх и ужасы восьми месяцев оккупации и радость освобождения рвутся наружу слезами, объятиями, песнями. Над площадью то и дело разносится гимн Украины или «Червона калина».

Один говорит: «Слава Украине!» — и сотни отвечают: «Героям Слава!».

Площадь заполнена счастливыми людьми, на каждом втором – украинский флаг. Стяги покрыты автографами бойцов и названиями их подразделений. Когда места на флаге не остается, в ход идет верхняя одежда.

У 14-летней Вали пожеланиями воинов исписана вся ее ярко-оранжевая куртка, включая спину и рукава. Девочка не может сдержать эмоции, описывая чувства, которые она испытала, узнав о приходе Сил обороны, и обещает носить куртку не снимая.

Секунда, и Валя замечает еще одного военного. За неимением «живого» места на куртке, она подсовывает ему для автографа чехол своего телефона. Воин расписывается фломастером из тактического набора, которым в случае ранения должен обозначить время наложения турникета. Это лучшее его применение.

Валя и ее сестра Алина родом из небольшого села Богородицкое, оккупированного в начале весны. Вместе с матерью они переехали в Херсон месяц назад, после того как ворвавшиеся в дом россияне выкрали их родного отца.

- Моим девочкам 14 и 16 лет, — рассказывает мать девочек Елена. — После того, как орки в село зашли, то стали под хату ходить, заглядывать. Один раз утром, где-то в семь, ворвались в дом с оружием. Мы спросили причину, они не ответили, начали искать что-то в хате. Потом все-таки ушли. Второй раз приехали и забрали моего мужа, без объяснений. Мы приехали сюда (в Херсон, – Ред.), каждый день информацию о нем просили, но никто ничего не говорил. Потом узнала, что его вывезли на левый берег, держали там в какой-то тюрьме и пытали током. Но они выломали решетки и ночью убежали. Сейчас он дома, за хозяйством смотрит, а мы тут.

Вспоминая о днях, проведенных под оккупацией, женщина не сдерживает слез:

- Это было постоянное чувство страха, дышать было тяжело. Девочки на улицу почти не выходили. А 11-го вышли в магазин, вернулись и говорят, что ехала машина, оттуда показали флаг украинский, но мы не поверили, думали, что провокация. А потом сын вернулся и сказал, что видел наших хлопцев.

На площади перед входом в администрацию монтируют вышку мобильной связи. Интернета еще нет, но позвонить уже можно. Несколько волонтеров привезли терминалы Starlink и раздают интернет. Херсонцы звонят и пишут родным, успокаивают. Много журналистов. Репортеры всех мировых изданий, которых наконец официально пустили, а точнее привезли в город, собирают фактуру – яркие, счастливые, свободные лица и черпают эмоциональные истории горстями.

Вот Андрей Андреевич. Ему всего шесть месяцев, и родился он во время оккупации в Белозерской больнице. Маленький украинец обернут государственным флагом и весьма доволен происходящим.

Вот его бабушка Ирина, воспитательница детского сада, делится лайфхаком, который будет применять, когда вернется на работу:

- Будут плохо кушать, а я им: ложку за маму, ложку за папу и ложку за Валерия Федоровича (Залужного, – Ред.), — смеется женщина. Потом просит свою дочь показать на телефоне платок, на котором она вышила не совсем цензурный, но очень патриотичный стих-тост:

«Перший тост – за кримський мост,

Тост два – за крейсер москва,

Третю повну – за бавовну,

Всі кому налили, п’ють за збройні сили

Вип’єм дружно – за Залужного,

Вип’єм знову, щоб ї…шив Вова,

Раз хозяйка налила – не чокаясь за х…ла,

За сине небо, за жовти поля, за світ, у якому нема москаля,

Вип’єм на дорогу за нашу перемогу

А перед тим як вийти в двери, за хазяїв та волонтерів».

Ирина подарила платок военнослужащей Насте Шевченко в первый день освобождения.

Покидая Херсон оккупанты сделали все возможное, чтобы отомстить его жителям и наступающим Силам обороны за свое бегство. В городе отсутствует центральное водоснабжение, нет электричества и тепла, взорваны вышки связи и путепроводы.

Население координируется и помогает друг другу решать бытовые проблемы. Владельцы скважин бесплатно делятся питьевой водой, обладатели электрогенераторов дают возможность зарядить гаджеты и фонарики.

Город понемногу очищается от российской пропаганды. Коммунальщики с подъемными люльками срывают билборды «Мы здесь навсегда» и «Один народ», перекрашивают остановочные комплексы.

Херсону предстоит сложный и длительный период восстановления и одновременно обороны: позиции оккупантов находятся в опасной близости. Раскатистые звуки артиллерии звучат над городом чуть ли не каждые 15 минут.

Областной центр окружен минными полями: уходя, оккупанты оставили тысячи «сюрпризов». Сразу несколько бригад спасателей и взрывотехников работают на ключевых точках, зачищая дороги, поля и посадки от эха войны.

Автор — Александр Гиманов