Новые деньги для украинских военных: пехоте обещают золотые горы, зарплаты в ТЦК немного подрастут, есть вопросы по морякам и курсантам

Новую систему выплат для военных наконец представило Министерство обороны Украины — обещают прям золотые горы, особенно для тех, кто на самом нуле.

Военный обозреватель «Думской» Виктор Босняк проанализировал то, что планируют внедрить уже в этом месяце, и считает: выглядит красиво, но вопросов слишком много.

Итак, сначала что обещают (берем данные от главы ведомства Михаила Федорова и его подчиненных).

ПЕХОТА И ШТУРМОВИКИ

«Самые большие в мире зарплаты для пехоты»: в среднем примерно 300 тысяч гривен в месяц (больше 7 тысяч долларов). Максимум — 460 тысяч гривен (почти 10 тысяч долларов).

Пресс-служба министерства уточняет: речь идет о тех, кто на самой первой линии. У них, как и у всех, будет базовое денежное обеспечение — 20 тысяч грн. Плюс 10 тысяч за каждый день на позиции, плюс 20 тысяч в день за ударно-поисковые действия, плюс 40 тысяч в день за штурмовые действия и продвижение вперед.

Как можно понять, чтобы получить искомые 300-460 тысяч гривен, нужно быть вовлеченным в активные боевые действия постоянно на протяжении всего месяца. С колоссальным риском для жизни, в иных ситуациях с почти 100%-й гарантией гибели. Далеко не все украинские пехотинцы работают подобным образом, хотя есть примеры, когда люди месяцами безвылазно сидят на позициях. Но такое заканчивается обычно очень плохо. То есть в реальности такие деньги получит не так много военнослужащих, и вряд ли большинство вообще согласится на подобное. С другой стороны, вероятно, подобное повышение будет стимулировать части чаще устраивать ротации и поменьше держать конкретных людей на передке — чтобы не платить им бешеные по украинским меркам деньги.

Что касается «самой большой в мире зарплаты», то это лукавство. У передовых в плане соцобеспечения армий планеты как раз главное — базовая ставка. Американский рекрут получает 2300 с гаком долларов, то есть чуть больше 100 тысяч гривен. Просто за свое присутствие в армии. То, что у нас называют боевыми — это надбавки за работу в опасных зонах: Hostile Fire Pay (HFP) или Imminent Danger Pay (IDP). Первое выплачивается, если солдат подвергся прямому обстрелу или атаке, и составляет фиксированные 225 долларов в месяц (даже если бой был один). Второе примерно то же самое — за пребывание в зоне боевых действий и/или террористической угрозы, но уже дробно — 7,5 долларов за каждый день такой службы. Правда, потолок аналогичный — 225 долларов в месяц, не более. 10 тысяч гривен боевых… Негусто, но логично: да, они ценят риск и жертвы (за ранения там отдельные доплаты, весьма серьезные, невиданные у нас), но больше профессионализм. Хочешь получать другие деньги — развивайся.

У заокеанских друзей счетчик по-настоящему начинает крутиться, когда идет стаж и повышение по службе. Уже капрал с опытом (старший солдат/матрос по-нашему) получает 3700 долларов, или почти 166 тысяч гривен. Больше, кстати, чем второй (младший) лейтенант, у которого 3600 долларов. Вот такая у них странная армия.

ДРОНОВОДЫ

Но вернемся к нашим защитникам. Денежное вознаграждение в 100 тысяч грн (при базовой зарплате в 20 тысяч для солдата — оно остается для всех военнослужащих Украины) обещают тем, кто выполняет боевые задания на боевых позициях, но в «отдалении» от нуля: пилотам беспилотников, операторам наземных роботов, артиллерии, РЭБовцам и другим). Должно получиться 120 тысяч грн в месяц.

И тут тоже непонятно. Во-первых, пилоты БПЛА сейчас вытягивают всю войну и рискуют не меньше, а то и больше, чем пехота на позициях (хотя и не так, как штурмовики). Во-вторых, как им будут считать эту надбавку? Просто доплачивать 100 тысяч в месяц по факту работы на фронте или же из расчета по часам/суткам, проведенным на выходе к полосе боестолкновения (такое практикуется)? Скажете, какая разница? Очень даже большая: допустим, вы суммарно провели возле и даже в килл-зон (месте, где сплошная завеса дронов и смерть может наступить в любой момент) 15 суток. Это страшно, крайне опасно, а еще очень эффективно в плане сдерживания вражеского наступления. Но по итогу дадут 50 тысяч к зарплате, а то и меньше. Скажут: «Ну вас же там не было целый месяц». И ведь говорят.

ЛЕТЧИКИ И МОРЯКИ

Как быть с летчиками и моряками? Их и раньше несколько затирали в плане дополнительных выплат: да, считается, что взлет самолета и выход корабля из базы приравнивается к пребыванию на нуле, однако и платят им из расчета часов/суток нахождения в группе риска, при том что с учетом дополнительных факторов (аварийности, агрессивной внешней среды и так далее) его может быть и поболее, чем у пехоты. И тем не менее моряки сейчас получают 3500 грн вознаграждения за сутки в море (то есть «сотку»), а за простой на базе, где тоже смертельно опасно и надо выполнять боевые и специальные задания — всего 30 тысяч грн к зарплате.

Совершенно непонятно, в какую категорию попадают подразделения ПВО и группы охраны морских баз, которые сейчас получают 30-тысячные вознаграждения, выполняя боевые задания в удалении от килл-зон. По ним никаких разъяснений нет.

Военнослужащие на командных пунктах в зоне боевых действий по-прежнему будут получать надбавку 50 тысяч, военнослужащие из подразделений управления и обеспечения (логисты, деловоды, механики в прифронтовых районах, пресс-службисты и так далее) — 30 тысяч.

В тылу минималкой у солдата/матроса станет 30 тысяч (20 тысяч базовое денежное обеспечение плюс 10 тысяч вознаграждение). Это, кстати, и ТЦК касается.

КУРСАНТЫ

А вот что будет по деньгам у курсантов военных вузов — самой бесправной части военнослужащих — молчок. Сейчас им платят в зависимости от статуса. Если вы из гражданской молодежи, то есть пришли после школы, то первые три курса можете рассчитывать максимум на 10 тысяч гривен (с учетом всех налоговых отчислений — чуть больше 8 тысяч), на четвертом, если будете идеально учиться — 20 тысяч грн. За курсантами из числа контрактников, то есть теми, кто пришел из войск, сохраняется денежное довольствие по последней должности перед вузом. Часто это весьма внушительная сумма: если, допустим, вы условный главный сержант Сил специальных операций, то ваша «стипендия» может составлять 60-70 тысяч гривен месяц.

Планируют ли им повышать? Кому и как? Никто не знает. Разъяснений нет ни публично, ни в документах, поступающих в вузы.

А ПОРЯДОК КАКОЙ?

Самое главное, что Министерство обороны не предоставило акта, на основании которого поменяют порядок начисления денег военным. Есть только отдельные заявления, посты в соцсетях и красивые картинки, созданные искусственным интеллектом. Из них можно понять, что поменяется система начисления боевых. А вот что будет с тарифной сеткой, при которой разница в зарплате у двух лейтенантов может составлять до 10 тысячи гривен? Да, если вы не знали, в украинских Вооруженных силах денежное довольствие зависит не от звания, а от занимаемой должности и кучи сопутствующих факторов. И звание, кстати, зависит от должности: вас никогда не сделают в вашем подразделении сержантом, если там нет сержантской должности. Годами будете пахать и воевать солдатом или матросом.

У американцев, повторюсь, все иначе. Там, например, всей радиоэлектронной разведкой корабля может управлять обычный матрос. Получая в семь раз больше денег, чем люди с таким же званием и на равнозначной должности — просто в силу квалификации и образования. И куда больше, чем лейтенант из «обычной» боевой части — не такой важной.

Вопросов много, очень много. В сухом остатке, если исходить из заявленного, в выигрыше будут только тыловики: 30 тысяч просто по факту службы. Речь, кстати, и о ТЦКшниках, но, конечно, не только о них.

Сильно поднимут выплаты непосредственно на нуле, но… Ни выслуга, ни опыт, ни навыки, ни образование с квалификацией учитываться не будут. Только участие в активных действиях, хотя, надо сказать, и участие разным бывает. Попытка в дифференциацию оборачивается знакомой уравниловкой.

Впрочем, повторюсь, документа мы не видели, только заявления. Минфин, кстати, говорит, что деньги на все эти преобразования не выделялись: мол, что-то Минобороны у себя перераспределит. Будем судить по итогам.

Автор — Виктор Босняк, военный обозреватель «Думской»