На одном таком квадратике загорает красотка без трусиков, но эту пикантную подробность замечаешь не сразу, потому что взгляд «модели» направлен туда же, куда и взгляд зрителя, в правую половину картины… Ольга во время войны на пленэр не выходит, но на пляжах бывает, все живое тянется к воде, несмотря на разлитую в воздухе опасность.

За пейзажем с барашком стоит печальная история. Бывшая студентка Разинкиной оказалась в эмиграции, в маленькой шотландской деревушке, где ей одиноко. Пытается разговаривать с овцами, а те от нее убегают… Может, стоит с пастухом завести разговор?

Часть работ сгруппирована по четыре полотна размером 20×20 см, и 30х30 см, формирующим единую композицию — визуальные блоки, работают как целостные фразы. Другие работы существуют автономно, но перекликаются между собой, формируя выставочную симфонию. Все 43 работы созданы за последние пять лет. Пейзажи просты по мотиву, но сложны по эмоции, например, море изображено с такой тонкой растяжкой по тону, что сразу и не заметишь, как оно светлеет, когда встречается с горизонтом.

Натюрморты камерные, материальные, плотные. Ольга говорит, что кое-кому не нравится наличие старинных клейменых кирпичей в ее натюрмортах. Но как же гармонично сочетаются терракотовое тепло, торжественный винный фон и изумрудные пустые бутылки или медные турки для кофе.

Ее фигуративные композиции — сосредоточенные, сдержанные, даже кинематографичные. Фигуры молчат, но молчание это красноречивое, как в работах выдающегося американского живописца Эдварда Хоппера. «Внимание в квадрате» — это о тишине как художественном жесте, о фокусировании, о попытке не потерять внутреннее равновесие во время, когда внешний мир ее разрушает.

Молчаливые персонажи картины «Бенг» и этюдов к ней принадлежат к семье художницы. Когда начались блэкауты, сын Ольги привез ее к родственникам, где все играли в настольные игры и попивали самогон. «Бенг» значит как название игры, так и «выстрел» с английского, ведь именно выстрелы разрушали электросети. Нарочито плоские зеркальные персонажи диптиха «Кто ты есть?» не имеют в жизни прототипов, это символические образы, готовые обменяться своими ценностями и признаками.

Колористика — еще один уровень высказывания. В пейзаже «Хоровод весны» цвета просто буйствуют.

«Когда-то мы ездили весной в Крым зарисовывать цветущий миндаль, — вспоминает художница. – Крымские художники краски кладут, словно масло на хлеб, очень щедро. Вот тут я немножко им уподобляюсь. Яркие и солнечные цвета, что ни говорите, лечат душу. Это мне подтвердили и женщины-переселенки, с которыми я проводила арт-терапию. Всем советую заниматься живописью для душевного равновесия».

Автор — Ирэн Адлер, фото Олега Владимирского