8 мая, в День памяти и примирения, на Аллее Славы в парке Шевченко состоялась Молитва памяти. О жертвах войны, военных преступлений и депортаций молились священники разных конфессий.
Отдать дань памяти погибшим пришли представители власти, силовых структур, вооруженных сил, студенты, горожане.
После молебна в небо отпустили воздушные шары, а затем возложили цветы к памятнику Неизвестному матросу.
Фото пресс-службы Одесского горсовета
СМЕРТЬ РОССИЙСКИМ ОККУПАНТАМ!
Заметили ошибку? Выделяйте слова с ошибкой и нажимайте control-enter
Победа, победа… Два людоеда подрались тысячу лет назад. И два твоих прадеда, два моих деда, теряя руки, из ада в ад, теряя ноги, по Смоленской дороге по старой топали на восход, потом обратно. "… и славы ратной достигли, как грится, не посрамили! Да здравствует этот… бля… во всем мире… солоночку передайте! А вы, в платочках, тишей рыдайте. В стороночке и не группой. А вы, грудастые, идите рожайте. И постарайтесь крупных. Чтоб сразу в гвардию. Чтоб леопардию, в смысле, тигру вражьему руками башню бы отрывали… ик! Хули вы передали? это перечница…» А копеечница — это бабка, ждущая, когда выпьют. Давно откричала болотной выпью, отплакала, невернувшихся схоронила, на стенке фото братской могилой четыре штуки, были бы внуки, они б спросили, бабушка, кто вот эти четыре…
«Это Иван. Почасту был пьян, ходил враскоряку, сидел за драку, с Галей жил по второму браку, их в атаку горстку оставшуюся подняли, я письмо читала у Гали, сам писал, да послал не сам, дырка красная, в груди девять грамм…
А это Федор. Федя мой. Помню, пару ведер несу домой, а он маленький, дайте, маменька, помогу, а сам ростом с мою ногу, тяжело, а все-ж таки ни гу-гу, несет, в сорок третьем, под новый год, шальным снарядом, с окопом рядом, говорят, ходил за водой с канистрой, тишина была, и вдруг выстрел.
А это Андрей. Все морей хотел повидать да чаек, да в танкисты послал начальник, да в танкистах не ездят долго, не «волга», до госпиталя дожил, на столе прям руки ему сложил хирург, Бранденбург, в самом уже конце, а я только что об отце такую же получила, выла…
А это Степан. Первый мой и последний. Буду, говорит, дед столетний, я те, бабке, вдую ишо на старческий посошок, сыновей народим мешок и дочек полный кулек, ты давай-ка спрячь свой платочек, живы мы и целы пока, четыре жилистых мужика, батя с сынами, не беги с нами, не смеши знамя, не плачь, Любаня моя, не плачь, мы вернемся все, будет черный грач ходить по вспаханной полосе, и четыре шапки будут висеть, мы вернемся все, по ночной росе, поплачь, Любаня моя, поплачь, и гляди на нас, здесь мы все в анфас, Иван, Федор, Андрей, Степан, налей за нас…»
Дедуля, тебя нет с нами уже 34 года. Я был слишком мал, чтобы задавать тебе вопросы, да ты и не любил рассказывать о войне. Ты был НАСТОЯЩИМ участником боевых действий, награжденный многочисленными орденами и медалями. Помню, ты ценил почему-то три, по виду невзрачные, «За боевые заслуги», но за что ты их получил я уже не узнаю никогда… С Днем Победы, тебя, мой родной, Георгий Петрович! Я помню и люблю тебя.
Думская, ШО такое? Почему репортаж не полный? Там поминали и героев, что погибли в ходе УКРАИНО-РОССИЙСКОЙ войны из Одесской области. Был большой стенд их фото. К нему возлагали цветы тоже. Как-то настораживает позиция Думской.
Молитесь, Шура, молитесь. Оно золотое. Блин, ветераны и чиновники, у вас мозгов не осталось? Только на бога осталось уповать? Одним — чтобы гречку дали, другим — чтобы не прервались деньки удачливые…
Yulia Grigorieva
«Разом нас багато»: на Приморском бульваре прошел марш за права ЛГБТК+ (фото) 
Пустые рамы, секреты столетних негативов и параллель с больницей: как в Одесском художественном День музеев отмечают (фото) 
ВІДБІЙ повітряної тривоги
1
1
23
1
Увага. ПОВІТРЯНА ТРИВОГА
Думская в Viber
