Зрячая Фемида: как в одесском суде за одно и то же преступление разные приговоры выносят

В редакцию «Думской» обратился Александр К. В январе 2016 года его брата сбил на пешеходном переходе водитель-лихач Иван Ц. От полученных тяжелых травм пострадавший умер через несколько дней после ДТП.

Следствие длилось почти полгода. Были проведены все экспертизы, подтверждающие вину водителя, и в конце мая материалы направили в Киевский районный суд Одессы. Дело было распределено известной своими строгими приговорами по таким делам судье Федулеевой. Родственники погибшего заявили иск о возмещении морального ущерба — полмиллиона гривен. Адвокат Александра разъяснил, что такие компенсации по подобным делам обычно не взыскивают, и суд, скорее всего, уменьшит сумму до 100–200 тысяч гривен.

Приговор оказался неожиданным: суд освободил виновного в ДТП со смертельным исходом от отбывания пятилетнего тюремного наказания, но при этом взыскал с него огромную для таких дел компенсацию в полном размере. Правда, в итоге подсудимый, по-видимому, не заплатит ни копейки.

Вот что рассказал брат погибшего Александр о ходе процесса нашему корреспонденту.

«Нашей семье не нужны деньги как откуп за смерть брата. Да, мы подали иск на полмиллиона, но это только для того, чтобы виновный ощущал и финансовую ответственность за свои поступки. В суде я надеялся увидеть какого-то раскаяния виновного. Однако перед заседанием он подошел ко мне со своим адвокатом и сказал сухое «простите». Адвокат сразу перешел к делу — предложил взять компенсацию 2000 гривен в обмен на расписку, что ущерб начали возмещать. С его слов, это будет смягчающее обстоятельство. Я отказался.

Перед вынесением приговора подсудимый, явно издеваясь, предложил мне в обмен на расписку о возмещении ущерба уже 1000 гривен. Прокурор Русу А.Л. с нами вообще не разговаривал, больше общаясь с адвокатом подсудимого.

В ходе судебного заседания подсудимый, к нашему удивлению, полностью признал вину и всю сумму морального ущерба. Но при этом сказал, что нигде не работает — это также было отражено в материалах следствия.

Потом выяснилось, что прокурор допустил ошибки в обвинительном акте, судья объявила перерыв и дала неделю для исправления. Через неделю — новое заседание, подсудимый снова признает свою вину. И вдруг — защитник подает судье три бумаги, среди которых — положительная характеристика с места работы!

Откуда у подсудимого, который нигде не работает, могла появиться «характеристика с места работы»? Это объясняет второй документ — справка о том, что подсудимый, оказывается, с ноября 2015 года работает менеджером в частном предприятии. Почему же на следствии он назвал себя безработным? Позже на наш адвокатский запрос был получен ответ: подсудимый на предприятии оформлен не был, зарплату не получал и всего лишь проходил месячную стажировку.

Третьим документом оказалась написанная от руки справка районной поликлиники о том, что ребенок подсудимого заболел. Судья не предложила никому осмотреть эти бумаги, прокурора они не интересовали вообще, и только наш адвокат протестовал, потому что они поданы с нарушением. Несмотря на протест, их приобщили к делу, и они стали «смягчающими вину обстоятельствами».

На этом судебное разбирательство закончилось. Судья не приняла во внимание другие обстоятельства. Например, директор предприятия, в котором «работал» подсудимый, является владельцем того самого автомобиля, а рулем которого Иван Ц. убил моего брата. То есть, он явно близкий друг или родственник подсудимого, и в любом случае — лицо заинтересованное.

Также в деле есть справка из патрульной полиции. За один только 2015 подсудимый четыре раза привлекался за нарушение правил дорожного движения. В октябре 2015 года он был виновником ДТП – столкновение с автомобилем. И через три месяца он совершил новое ДТП и убил моего брата… Об этой справке не вспомнил ни прокурор в обвинительной речи, ни судья в своем приговоре.

Наш адвокат просил пять лет «реальных». Прокурор предложил пять лет «условно». Подсудимый и его адвокат с радостью согласились с прокурором. Приговор был оглашен через полчаса: пять лет условно с испытательным сроком в два года.

А вот решение о взыскании морального ущерба в полмиллиона гривен, по всей видимости, так и останется на бумаге. У подсудимого нет никакого имущества и доходов – он нигде не работает. Государственный исполнитель не сможет взыскать с него ни копейки и вернет исполнительный лист без исполнения. Попросили бы мы десять миллионов – он бы и это признал. В суде он пообещает все возместить и согласиться с любой суммой, лишь бы наказание было помягче», — рассказал Александр.

Александр считает, что прокурор Русу вел себя в этом деле не как государственный обвинитель, а как помощник адвоката подсудимого. Потерпевший вместе с адвокатом намерены обжаловать чрезмерно мягкий, по их мнению, приговор.

Действия прокурора потерпевшая сторона обжаловала в Генеральной и областной прокуратуре. Ответ на жалобу, подписанный заместителем прокурора области Кичуком, уже получен: «позиция прокурора Русу А. Л. о мере наказания подсудимому была согласована с руководством прокуратуры области».  

Мы проанализировали, какие приговоры выносил в 2015 и 2016 годах Киевский районный суд по обвинению водителей, которые совершили ДТП со смертельным исходом.

Вырисовывается интересная картина: за 2015 – 2016 годы судьей Федулеевой Ю. А. было вынесено три приговора по ч. 2 ст. 286 УК. В марте 2015 года – 5 лет лишения свободы, водитель взят под стражу в зале суда. В октябре 2015 года – 4 года лишения свободы. И вот в июле 2016 года – пять лет лишения свободы с испытательным сроком.

Адвокат потерпевшего Валерий С. также заверяет: приговор чрезмерно мягкий. «Суд не имел права принимать у подсудимого новые доказательства, которые не были раскрыты прокурору и потерпевшему. Это прямое нарушение ст. 290 УПК. С содержанием этих «доказательств» я смог ознакомиться только после вынесения приговора, а позже выяснил, что сведения — ложные и поданы заинтересованным лицом», — считает он. 

Также суд посчитал смягчающими обстоятельствами признание вины, «деятельное раскаяние», помощь следствию в раскрытию преступления. «Однако даже слово «раскаиваюсь» подсудимый произнес после вопроса–подсказки судьи. Никакого содействия расследованию со стороны подсудимого не было, — уверен адвокат. — Еще одна из причин для вынесения «условного» приговора — то, что преступление является неумышленным. Но за умышленное убийство приговаривают к 15 годам без испытательного срока», — комментирует Валерий и добавляет, что будет добиваться отмены этого приговора.