Показ документального спектакля-перформанса, подготовленного режиссером Павлом Юровым, состоялся в театральном пространстве ТЕО, что на Военном спуске. Он проходил в рамках проекта «Инновационные творческие мероприятия для противодействия коррупции» Общественной организации «Точка соприкосновения» при поддержке антикоррупционной инициативы ЕС в Украине (EUACI), которая финансируется Европейским союзом и со-финансируется и внедряется Датским агентством по международному развитию (DANIDA). Авторы благодарят за поддержку Гёте-Институт. Два месяца назад в этом же пространстве был показан антикоррупционный перформанс «Ресторан Украина», о котором мы рассказали здесь.

А сегодня актеры Евгений Черников, Анатолий Маремпольский, Вячеслав Дудко и Анастасия Касилова делятся отчасти своими, отчасти общеизвестными историями. Сперва видим, как молодой человек рассказывает (при этом ему набивают рот ватными тампончиками) историю о том, как пошел он к зубному врачу, а тот ему шепотом: «250 гривен, ОК?». Конечно, ОК, хорошо, что не 800! Но герою это претит, он хочет, чтобы был четкий прейскурант! Выйдет дороже с этим прейскурантом, парень, не буди лихо, пока оно тихо.

В финале публика станет свидетелем самой настоящей оргии – другой герой рассказывает о нежелании покупать конфеты для учителя своего ребенка, а девушка и двое остальных парней пристают-раздевают-завладевают, это олицетворяет ползучую власть коррупции. Авторы спектакля, видимо, думают, что учителям очень нужны конфеты. Заблуждение! На День учителя они с гораздо большим удовольствием полакомились бы колбасой. А коррупция – это когда из бюджетной школы увольняют любимого учителя твоего ребенка, и суд по восстановлению на работе тянется годами, конфет они пожалели, тоже мне…

А между этими крайними точками действа Настя Касилова с юмором рассказывает историю из своей жизни: больше не зовут вести мероприятия в одно агентство, где надо было провести лотерею так, чтобы поездку за границу выиграли учредители. Целый фокус, да еще и с участием ребенка из зала, который тянет номерки и попробуй обмани его, некрасиво как-то. Настя-то отказалась, а владелица агентства мастерски провела лотерею, наверное, ивенты теперь тоже сама ведет.

«Подумать только: мне предложили на…ть ребенка! – эмоционально делится Настя. – Тогда у меня вообще ребенка не было, теперь есть трехлетняя дочь. Те, у кого есть дети, делают это с утра до вечера: в ванной рассказывают про Зубную фею, например. А игра в больницу, когда ты минут сорок лежишь, а дочка тебя «лечит»…Что вы смеетесь, типа я плохая мать?.. Но это трехлетний ребенок, а там уже требовалась рабочая девочка, более взрослая, как ее обмануть? Вы видели одежду фокусника? Пять минут работы, сорок минут подготовки. А на мне вечернее платье – куда прятать номерок, откуда вынимать другой?».

Тоже мне коррупция, невинная инсценировка, фокус для учредителей. Гораздо серьезнее были эпизоды на основе реальных событий. Настя Касилова перевоплотилась в справедливую судью, которую запугивает скандальный мэр Полтавы. А затем прямо на глазах изумленной публики «отжимали квартиру» — били владельца (удары обозначали очень осторожно) и с лучезарными улыбками зачитывали решение суда – оказывается, тетя его покойная жила «одной семьей» с неизвестной ему женщиной, и на этом основании квартиру отдадут ей! Ребята после представления признались, что лишь немного сократили и почистили от канцелярита текст, страшный в своем циничном имитировании правосудия.

«В Европе идут документальные театральные постановки о беженцах и гомофобах, а мы стараемся ставить классику о высоких материях, оставаясь в стороне от острых вопросов», — отметил режиссер Павел Юров на обсуждении после просмотра.

«Мы показали свои ситуации, а зрители примерят их к своим ситуациям, — добавила Настя Касилова. – В нашей стране не соприкасаться с коррупцией просто невозможно».

Активист Виталий Устименко поблагодарил артистов за «образ всепроникающей коррупции, которая иногда кажется неотъемлемой частью нашей жизни». И правда, в финале все участники едва ли не проникли в героя Евгения Черникова, который ловко уворачивался от объятий и продолжал рассказывать, что ему не хочется покупать конфеты для учителей, ведь ребенок, видя такое, воспринимает коррупционные схемы как должное.

В процессе дальнейшего обсуждения господа актеры договорились до того, что коррупцией следует считать и нежелание работодателя брать в свою компанию геев. Неужели на них разнарядка придет в каждое учреждение по типу «цементный завод — два гея, конструкторское бюро – три гея»? Поживем – увидим, геи – народ по определению веселый, только как бы не написали они заявления о том, что «жили одной семьей» с чьими-то дядьями, отцами, дедами, дабы квартирку-то «отжать»… Ох и ползучая эта коррупция, начинаешь уже своей тени бояться, да-с.

Автор — Ирэн Адлер, фото Владимира Андреева