«Из всех стихий я выберу одну». Одесская музейная фея устроила литературный вечер

Настя познакомилась с одним рижским кинокритиком на Фейсбуке, и он пригласил ее почитать лекции в одном популярном в Риге пространстве. Было сложно, так как публика северная, сдержанная, слушают, а у каждого покерфейс. Только одна девочка в зале живо реагировала, оказалось, она из Николаева. Но потом был потрясающий фидбек, благодарили, снова приглашали. В Кишиневе читать было проще, там все-таки южане, эмоциональные, это ей привычнее. Но вернемся к стихам.

«В кризисные времена хочется как можно больше заниматься творчеством, — призналась Анастасия. – Я абсолютный эскапист, не читаю новостей, не смотрю телевизор, концентрируюсь на искусстве, биографиях великих художников, литературе. И для меня ехать в другую страну читать лекцию не так волнительно, как представлять свои стихи. Обычно могу раз в год прочесть одно-два стихотворения, а сегодня будет много поэзии и немножко прозы. Собственно, из-за разъездов не успела подготовиться к лекции, поэтому пришлось устроить литературный вечер».

Ближайшая лекция, которую прочтет Настя, будет посвящена Сальвадору Дали. Нельзя сказать, что это один из любимых ее художников, но старается проникнуться, изучает его дневники. А вот к современному искусству равнодушна (имеет право!), да и в одном из своих стихотворений честно говорит: «Из всех стихий я выберу одну». Вот и на лекциях сосредотачивает внимание на каком-нибудь одном аспекте, например, творчество Густава Климта рассматривает в связи с психоанализом, теорией матриархата и влиянием Ницше.

И все же переплетение стихий в ее жизни присутствует. Стихи Анастасии Фролковой полны мерцания звезд и лунного света, трудных диалогов с любимым, а из метафор запоминается, прежде всего, вишневая косточка, проросшая под левым соском. Надо сказать, и в лекциях о живописи Настя с потрясающей невозмутимостью доносит сведения о красноречивых деталях старинного полотна, свидетельствующие, например, что «это для девушки в первый раз или в первый раз с этим мужчиной». Любит, когда зрители подсказывают, в чем суть, например, сцены морского боя, дети замечательно подмечают нюансы. Вместе с актером Театра кукол Александром Богдановичем вела лекции для детей, сейчас делает это сама лично и онлайн, стимулирует их к диалогу, ценя способность выражать свои мысли.

«У меня философское образование, и я придерживаюсь гибкого подхода, в искусстве жесткости нет. Готова принять любую точку зрения, но она должна быть аргументирована. Формат видеолекций в Инстаграме стал меня утомлять, сейчас этого избегаю, а занятия с детьми онлайн продолжаю вести. Люблю работать с людьми, с детьми, получаю от этого много энергии радости, наполненности».

Хорошо понимает детей тот, кто помнить собственное детство. Настя помнит. Первое ее стихотворение, написанное в 11-летнем возрасте, было посвящено древнегреческим богам.

«Лет до 16-ти у меня были совершенно дурацкие, подражательные, ну абсолютно никакие стихи, — строго оценивает свое творчество девушка. – А потом пошла уже любовная лирика, я стала взрослеть, испытывать какие-то более или менее настоящие чувства. А прозу стала писать в 14 лет, помню сказку про овечку Прасковью, это притча, она была мной проиллюстрирована в тетрадке. Прасковья все время пыталась открыть сообществу овец глаза, бороться за справедливость. В итоге она упала с обрыва, но у нее появились крылышки, и овечка улетела на солнце, вознеслась».

Одно время Настя писала много детских сказок, вот и на своем вечере прочла одну из них, о феях, бабочке, маленьком мальчике и безответственных желаниях. Она и сама подобна фее, изящной, легкой, музейной фее. Сказка получилась грустной. Своим детям Настя, когда они у нее появятся, планирует читать грустные сказки, «чтобы закалялись». Об издании своей книги с собственными иллюстрациями подумывает, а пока проиллюстрировала чужую. Детская книга Марины Линды «Шуршуня и пшеничное зернышко» с Настиными иллюстрациями была отмечена Корнейчуковской премией в 2022 году. Как раз во время зимних блэкаутов рисовала на планшете иллюстрации, а заодно готовила лекцию о творчестве Рене Магритта.

«Меня с детства окружали альбомы с репродукциями, а также книги по психологии — рассказывает Анастасия. – Мой папа – художник-оформитель, мама – психолог и художник-любитель, я сама постоянно рисовала. Сальвадор Дали, кстати, в детстве был для меня самым любимым художником. Это потом я стала относиться к нему скептически, а тогда обожала. Дали и Рубенс, таковы были мои предпочтения. А еще уже не помню, в каком классе, но точно в пубертат, у меня появилась красивая тетрадка. И я в ней, как настоящий музейщик, описывала украшения, фарфоровые статуэтки, которые были у нас дома, придумывая эпоху, к которой они принадлежат».

Работать в Музей западного и восточного искусства Настя Фролкова пришла в 25 лет. До этого был небольшой роман с Художественным музеем, но именно ОМЗВИ стал для нее родным домом. Среди полотен из музейной коллекции у Насти есть наиболее любимые. Это «затягивающая» картина французского постимпрессиониста Гастона Ла Туша «У камина», пейзажи норвежца Фрица Таулова, а также средневековая икона на дереве.

«У нас замечательный коллектив, на днях музею исполнилось 100 лет, из них 10 лет я в нем. Музейная работа очень отражается на жизни, мировоззрении, даже на внешности. До того, как попасть в музей, я увлекалась хип-хопом, много танцевала, преподавала, вела детские группы. Носила широкие штаны и узкие лосины, свободные футболки, а сейчас отдаю предпочтение платьям, кружевным воротничкам. От бабушки мне достались винтажные брошки, некоторые из них нужно реставрировать».

До хип-хопа Анастасия занималась бальными танцами и до сих пор изящно вальсирует. Неграциозных фей не бывает, знаете ли.

Автор — Ирэн Адлер, фото Александра Синельникова

E-mail
Пароль