Желтая субмарина в одесской степи: история одного чудо-агрегата

В отличие от современной Украины, где разработкой подводных аппаратов занимаются за свой счет редкие энтузиасты, научно-исследовательский и рыбопоисковый подводный флот Советского Союза был одним из самых передовых в мире. Над его созданием трудились лучшие умы страны победившего социализма.

До появления специализированных аппаратов профильные НИИ пытались приспособить для наблюдения за рыбой во время лова устройства, созданные для других целей. К примеру, одним из первых стал гидростат ГКС-6, который до того, как его задействовали в рыбопоисковой работе, основательно потрудился в аварийно-спасательной службе и даже использовался для подводной киносъемки известным советским режиссером Александром Згуриди.

Для научных целей использовали и военную дизель-электрическую подводную лодку С-148 «Северянка». Однако от этой затеи пришлось отказаться: рыба, рассмотреть которую на глубине 200-300 метров можно максимум с расстояния 6-8 метров, отказывалась дожидаться, когда к ней подкрадется огромная посудина.

Первым глубоководным аппаратом, построенным исключительно для научных целей рыбопромышленного комплекса, стал гидростат «Север-1» (проектное название ГГ-57). 22 июля 1960 на этом аппарате, схожем по простоте конструкции с водолазным колоколом, удалось поставить всесоюзный рекорд глубины погружения – 609 метров. Ему же принадлежит рекорд возрастного погружения – известный альголог (специалист по водорослям) Ксения Гемп погрузилась на нем в толщу северных вод в 72 года.

Дальнейшее развитие рыбопоискового подводного флота обусловило создание в Клайпедском отделении Гипрорыбфлота (Государственный проектно-конструкторский институт рыбопромыслового флота) первого буксируемого батиплана «Атлант». Это было в 1963 году.

Следующей была названная в честь то ли древнегреческой богини, то ли древнего океана, который плескался во времена динозавров на месте нашей Украины, двухместная наблюдательная камера «Тетис».

Этот аппарат много чего взял от первого советского батиплана. В первую очередь, систему погружения. Два небольших крыла с отрицательным углом атаки использовали гидродинамическую силу для погружения, а хвостовое оперение позволяло моментально менять направление движения — как в вертикальной, так и в горизонтальной плоскостях. Пилот размещался в субмарине в лежачем положении. Аппарат укомплектовали практически всем из возможного на то время научно-исследовательского оборудования, от эхолота до кинокамеры. В отличие от одноместного «Атланта», батиплан «Тетис» 1972 года выпуска был рассчитан на двух человек и мог работать на большей глубине — 300 метров.

Рабочие испытания «Тетис» прошел в Черном море на научно-исследовательском судне «Зунд», а потом, получив имя «Атлант-2», начал работать в северных морях. В течение 1973-74 гг было построено еще пять подводных аппаратов, три из которых остались работать в черноморском регионе.

Благодаря «Тетису», который был способен подплывать к работающему тралу почти вплотную, удалось устранить множество проблем рыболовецких орудий, от неправильной установки распорных щитков до банальных дыр в сетке. Но самое важное — это то, что исследователи смогли наблюдать поведение рыбы в момент лова. Было обнаружено, что рыба, попав в устье трала, не стремится выбраться на свободу через ячейки, а держится на небольшом расстоянии от сетки. А иногда, если скорость траления невелика, даже пытается убежать из трала вперед. Эту особенность потом учли конструкторы орудий лова. В результате работы подводных аппаратов удалось улучшить показатели добычи почти на 35%!

Что касается ходовых возможностей «Тетисов», то они оказались сравнимы с возможностями летательного аппарата. Как вспоминает в книге «Подводные разведчики: рыбопоисковый подводный флот» Владимир Неретин, который еще молодым инженером ленинградского Гипрорыбфлота обкатывал первый «Тетис», в одно из погружений выяснилось, что батиплан, в случае если его левое крыло выходило из воды раньше правого, как настоящий самолет, делал «бочку», то есть. полный поворот через правое крыло:

«Для экипажа переворот не страшен, так как падать в «Тетисе» некуда. Постепенно научились с этим справляться. Впервые умышленно выполнил «бочку» гидронавт Сергей Чистяков. При скорости в 4 узла и длине кабеля–троса 75 метров он резко ушел в сторону, перевернулся через крыло и вернулся в кильватер буксирующего судна».

А однажды Владимир Неретин и Виктор Коротков, проводивший проверку еще первого «Атланта», умудрились выпрыгнуть из воды и сделать на четырехметровой субмарине сальто!

«Однажды, когда погружение заканчивалось, я сказал: «Виктор, давай попробуем прыгнуть дельфином». Это значит – рукоятку на себя и над поверхностью воды сделать сальто. Он согласился, и я по связи сообщил на корабль. Нам ответили: «Давайте посмотрим». Вначале мы нырнули поглубже, а затем пошли резко вверх. По связи услышали: «Есть, есть», — т.е. сальто удалось», — пишет Владимир Неретин.

В настоящее время, благодаря энтузиастам, удалось установить судьбу всех шести «Тетисов» первой модели. Так, два экземпляра хранятся в музее Мирового океана в Калининграде. Один стальной дельфин украшает постамент возле мурманской гостиницы «69 параллель». Два подводных аппарата остались в оккупированном Севастополе, в яхт-клубе.

Шестой является ильичевская «субмарина». По словам директора заправки, он спас ее от уничтожения на одном из предприятий канувшей в небытие рыбопромысловой компании «Антарктика» — там аппарат хотели распилить на металлолом. С тех пор уникальный подводный самолет обосновался на въезде в город-спутник.

К слову, прямо перед развалом Советского Союза Министерство рыбного хозяйство успело заказать еще четыре модифицированных «Тетиса-Н» с тремя огромными обзорными иллюминаторами (у предшественников было пять окошек). Два из них оставили Украине. Один находился в распоряжении научно-исследовательского центра Вооруженных сил Украины «Государственный океанариум» (тоже захвачен агрессором), а второй продает одна из украинских фирм.

Автор — Александр Гиманов

СМЕРТЬ РОСІЙСЬКИМ ОКУПАНТАМ!