Неуместные высказывания депутата, крики «Ганьба» и споры о ценах: в Одессе со скандалом утвердили дизайн надгробий защитников

Во время дискуссии основательница общественной организации «Живые в сердцах» Алеся Суховерхова заявила, что в надгробиях в серых тонах нет ничего плохого. Кроме того, это украинский гранит, и он дешевле зарубежного материала, в частности, испанского светлого гранита.

«Серый цвет — это цвет скорби и мужества. Кроме того, наши ребята стоят за свободу Украины, за ее землю, в том числе и за украинский камень», — отметила она.

Основательница общественной организации «Семьи ангелов света» Ангелина Любчак указала на то, что департамент ветеранов обманул ожидания родных: вместо четырех обещанных вариантов, набравших наибольшее количество голосов во время опроса в ТГ-канале, на обсуждение вынесли только два.

«Мы предлагали компромисс: пускай будет эта форма надгробия, но дайте людям возможность выбрать цвет, тем более что 89% проголосовали за „светлый гранит«. Что же в итоге? Мы видим черно-серый камень. Как бы вы ни назвали его, светлым он не станет», — подчеркнула она.

Бурю эмоций в зале спровоцировала депутат Ольга Квасницкая, которая назвала черно-серый образец «совком» и провела аналогию с захоронениями оккупантов. Ее выступление сопровождалось криками «Ганьба!».

Когда перешли к обсуждению стоимости памятников, директор департамента по делам ветеранов Владимир Ермаков сказал, что чем дольше родные тянут с определением модели надгробия, тем дороже становится работа.

«Мы дали предварительные запросы производителям. Так вот, одна компания еще держит цену в 85 тысяч, остальные называют суммы от 300 тысяч. Если мы и дальше будем обсуждать, то и за 300 тысяч не найдем», — заявил чиновник.

В результате 126 присутствующих проголосовали за предложенные образцы и только 14 - против. Теперь решение вынесут на рассмотрение исполкома, после чего чертежи передадут производителям.

«На рассмотрение и все остальные технические вопросы уйдет около месяца, после чего мы начнем получать предложения от производителей и тогда будем думать о тендерных процедурах. Называть какие-либо сроки я не буду — я не Господь Бог, к сожалению или к счастью», — подытожил Владимир Ермаков.