История войны в лицах. Михаил Марковчин — запутывал немцев под Сталинградом

89-летний одессит, ветеран Великой Отечественной войны Михаил Филиппович Марковчин запутывал немецких разведчиков под Сталинградом и пережил бомбежки Курска.

В годы Великой Отечественной Михаил Марковчин был офицером службы военных сообщений. Ее цели– подготовка театров военных действий к осуществлению различных боевых операций в военно-транспортном отношении и планирование всех воинских перевозок. Как говорит сам ветеран, работа с одной стороны рутинная, но с другой – очень ответственная и опасная.

Михаил Филиппович Марковчин родился в сентябре 1922 года в Курске. После 10-го класса – в 1939-ом – поступил в Ростовский институт инженерно-железнодорожного транспорта. В октябре 41-го учебное заведение было эвакуировано в Тбилиси, где занятия продолжились, а в начале февраля прибыл представитель военно-транспортной академии и 25 добровольцев забрали в состав слушателей академии.

Уже в феврале 1942-го курс Михаила Филипповича направили в самое пекло войны — под Сталинград, в военную комендатуру, для подготовки контрнаступления.

«Я попал на Воронежский фронт, много было станций, бросали нас туда, куда нужно. Для подготовки контрнаступательной операции было выделено 8 отдельных армий, 10 отдельных дивизий, 4 танковых механизированных корпуса и 115 дивизионов знаменитых реактивных батальонов «Катюш». Когда мы узнали об этих цифрах, мы удивились, откуда все это могло взяться. Ведь к тому времени немцы заняли почти всю европейскую часть Советского Союза. Такое огромное количество войск и техники, которое поступало под Сталинград, казалось тогда просто чудом, – вспоминает Михаил Марковчин.

Подготовка к контрнаступлению под Сталинградом, рассказывает ветеран, которому довелось участвовать в выгрузке танковых эшелонов, проходила в атмосфере строжайшей секретности.

«В целях сохранения тайны перевозок были запрещены всякие переговоры по всем видам связи – по радио, телефону, телеграфу. Только личное общение. Мы забирали все документы, которые оформлялись железнодорожниками на каждый эшелон, и сопровождали каждый эшелон с ними. То есть, никто кроме нас не знал, куда следовал эшелон. А выгрузки проходили только ночью, в темное время суток», – рассказывает Михаил Филиппович.

Для того же, чтобы окончательно запутать немецкую разведку, служба сообщений организовывала так называемые ложные перевозки. Танки, причем не бутафорные, а самые настоящие, отправлялись в ложном направлении.

СТРАШНЕЕ ВСЕГО — БОМБЕЖКА

Самые страшные моменты военных лет Михаил Марковчин связывает с бомбежками.

«Город Курск в отдельные сутки бомбили до 500 немецких самолетов. Там ничего не оставалось живого. Но мы – железнодорожники, восстанавливали разбитые пути за 10-12 часов и поезда снова шли. И все же к концу Курской битвы немцы потеряли господство в воздухе», – рассказывает ветеран.

Вспоминает офицер и страшные немецкие машины, предназначенные для уничтожения железнодорожных путей.

«Когда наши войска уже перешли в наступление и переходили к восточному берегу Днепра, Гитлер отдал приказ оставить там «зону выжженной земли». То есть немцы не оставляли ни одного километра пути, ни одной шпалы, – уничтожали всё. Наша авиация получила задание выискивать немецкие «путеразрушители» – это была очень страшная машина, которая ломала шпалы в трех местах, а рельсы скручивала спиралью. Наша авиация охотилась за этими машинами, их всего было две – в главных направлениях, и в итоге они были уничтожены»,  – вспоминает Михаил Филиппович.

Попадал заслуженный ветеран и в передовые войска:

«Мы получили назначение выехать в польский город Глогау — в штабе фронта нам сказали, что его уже освободили. Мы ехали от Лешно, начальник одной из армии дал нам охрану, проскочили передовую и выехали за нее. А там кирха, и вдруг из нее раздается пулеметный огонь. Мы сразу поняли, в чем дело, быстро развернулись, и нам удалось спастись», – рассказывает ветеран.

Вообще, службе военных сообщений, говорит Михаил Марковчин, приходилось «подчищать» недостатки работы других управлений.

«Вот, например, кто-то забыл включить в план перевозку какой-то дивизии или полка. А он должен быть погружен и направлен в соответствующий район действий. Однажды забыли спланировать один полк тяжелых танков. Мы посмотрели, его нет. Заявки такой не было – танкисты прошляпили. Пришлось подчищать эти хвосты, дополнительно добывать эти платформы. С одной стороны работа рутинная, но с другой – очень ответственная», – рассказывает он.

Когда враг был окончательно разбит, Михаил Марковчин окончил военно-транспортную академию и был направлен в управление Одесской железной дороги на должность офицера по воинским перевозкам. Потом перешел в округ на повышение, побывал в Германии, а затем снова вернулся в Одессу.

«Потом нужно было ехать получать генерала, но жена не захотела, и я остался полковником», – смеется ветеран, сгибаясь от веса пиджака, на котором не умещаются многочисленные награды. Среди них – орден Отечественной войны, медаль «За боевые заслуги», а также три ордена, полученные уже в мирное время.